Чашечка чая — резонанс

Татьяна задала в своей статье интересный вопрос: «Кого бы вы спасли в первую очередь — того, кто любит Вас, или того, кого любите Вы?»

Я затрудняюсь ответить на этот вопрос, потому что меня пока ещё никто не любил так, как я представляю себе, по-настоящему любит человек. Ведь я не считала симпатию или влечение любовью и, конечно, переубедить меня в этом никто не сможет. Но у меня в воображении сразу возник другой вопрос. Кого из четырёх людей, которых я действительно любила и продолжаю любить, хоть уже несколько иначе, чем раньше я спасала бы первым, вторым, третьим и... последним? Ответ на вопрос я нашла давольно-таки быстро. И, Вы понимаете, разгадка этой загадки оказалась не столь неожиданной, как могло бы быть.

Спасение «утопающих» определило бы не моё личное отношение или сила моей собственной любви, а то, какова была реакция возлюбленного объекта на мои чувства. Моё объяснение довольно таки сложно для понимания. Поэтому опишу по-прорядку каждый случай.

Первым я бы спасала свою самую давнюю любовь. Я любила в полной мере этого человека всего года 3. Отношения наши длились вообще всего лишь неделю. Он не просто воспользовался моими чувствами, но и всё это время заботился обо мне и был не просто близок, но и во многом воплощал в себе мой идеал настоящего мужчины. Он не сильно любил рассказывать о себе и хвастаться своими достижениями, но я видела как он относится к окружающему миру и как окружающие воспринимают его. Сожалею только, что наш роман получился таким коротким, но кто его знает, будь он длиннее, может быть я бы и не стала «спасать первым» этого мужчину.

Вторым я бы спасла того, в которого влюбилась ещё в подростковом возрасте, и с кем дружила много лет, будучи взрослой. Это была духовная связь без каких-либо телесных притязаний. Окружающим понять нас было не дано, но нам обоим нужно было именно это. Если бы хоть что-то пошло по-другому, наверное, моя любовь не была бы такой счастливо-горьковатой и вдохновенной.

Третьим и только лишь третьим по счёту спасаемым стал бы тот, кого я люблю в данное время. Вы удивлены? По логике вещей, я должна была бы выбрать именно его, но каким бы трепетным не было моё отношение к этому человеку, я ещё полностью в нём не разобралась и пока что не искала отзыва в его душе. Странное это чувство, любовь... Как хорошо, когда она взаимна, но иногда бывает нужна и неразделённая, односторонняя, однобокая любовь, просто как умение радоваться каждому взгляду, каждой мысли, каждому открытию того, на ком сейчас сошёлся клином свет.

Ну и четвёртый... Его можно было бы и не спасать, но я всё-таки не дала бы ему утонуть, просто потому, что моя душа вздрагивает а сердце останавливается не только, когда я его вижу, а даже когда просто вспоминаю о нём. Почему же четвёртым? Да всё тут просто: человек категорически не принял мою любовь. Ему нравилось, что я от него без ума, что пытаюсь заигрывать и даже бегаю, что посвящаю ему песни и иногда совершаю нелепые подвиги в честь него Но всё это, видимо, ему было чуждо и ненужно. Не могу сказать, что был он всегда чёрств или груб. Возможно, он даже попытался сделать шаг навстречу, но всё-же что-то у нас не совпало. Вот и всё. Потому и последний.

Я не знаю в какую часть поставила бы человека, по-настоящему любившего меня, может быть и в начало, а возможно и в середину. Но никак не в последнюю очередь, ведь истинная любовь встречается так редко.

А вообще, это неправильная постановка вопроса: кого спасать первым. В такой ситуации, если она, не дай Бог, случилась бы в реальности, было бы совершенно не до раздумий, нужно было бы действовать полностью интуитивно, с почти отключённой соображалкой. Как говорится «думать не головой, а руками».

Ещё раз хочу поблагодарить Татьяну за то, что своей статьёй натолкнула меня на такие размышления.

Берегите любимых и тех, кто любит Вас, даже если не везде в отношениях царит гармония. Если идеал недостижим, это не значит, что к нему не стоит стремиться.

Любовь. Пользуйте и наслаждайтесь!

Представь, что тонут два человека. Первый любит тебя, а второго любишь ты. Кого спасёшь? Вот такой вопрос поставил меня в ступор недавно и заставил размышлять. Какой человек для нас дороже, который в нас души не чает или которого обожаем мы? Ради интереса кинула его людям в контакт-листе и получила однозначный ответ — все, кто любит нас, погибнут.

Спасать будут тех, кого любят, пусть даже и безответно. Получается для большинства из нас те чувства, которые мы испытываем сами важнее тех, которые кто-то питает к нам. Природа любви… насколько сложен ее механизм. Порой кажется, что любви то никакой и нет вовсе!

Автор на достаточно простых примерах без пошлости нам доказывает исключительное существование таких чувств как симпатия, привязанность, взаимовыручка, привыкание к человеку… и все. Во время конфетно-букетного периода наши ячейки в мозгу попросту забиваются информацией о Нем, благодаря опять же нашим глубоким мечтам и раздумьям, потом что-то щелкает и – «Эврика, да это любовь!» Нам сложна и непонятна наша гипперзадумчивость о предмете обожания, так что, не найдя никакого другого оправдания (хотя мы это оправдание даже не ищем чаще всего), мы спешим занять самолечением — поставить себе диагноз «влюбилась» и строчить стишки в смс-ки. Когда мы находим «родственную душу» в человеке, скоро понимаем, что с Ним приятно и комфортно проводить время, то почему-то резко решаем – Любовь!

Факт, что объяснить нам свое состояние невозможно. И уж лучше списать непонятки на «ах, это же любовь», чем в процессе долгого самокопания все же отыскать правду. Правды этой никому знать не хочется, уже лучше влюбиться, забыться, сойти с ума и подготовиться к томительному (или не очень) ожиданию… когда же предмет обожания начнет красиво ухаживать: цветы таскать и конфетами подкармливать. Сразу же вспоминаются все правила «царственного поведения недоступной особы» из рассказов бабушки, носик вверх – попробуй «достучись». Хорошо, если гипотезу о том, что нам непременно что-то должны, мы вовремя признаем утопичной. Бывают ситуации с плачевными последствиями.

Непонятное чувство собственничества, безграничного долга и стремление перевоспитать вторую половинку убивают «Любовь» на корню, в случае допущения существования последней. Однако, давайте рассуждать логически.  Если обычные вещи, которые нам нравятся и которые мы даже «любим», мы принимаем такими, какие они есть: потрепанные любимые джинсы, теплый шарф, старенький сервант – не хотим их переделать, но продолжаем «любить». То почему обожаемого человечка хочется «перекроить» вдоль и поперек, честно высказав ему все претензии? Мало того, что мы давим грузом долга и навязываем краткосрочный план самосовершенствования, мы еще и покушаемся на свободу. Считая для себя совершенно не зазорным иметь далеко не одну пару джинс или целую полку разных шарфов, мы делаем самих себя свободными, требуя подчинения от других. Пусть звучит забавно, но нам даже не приснится такое, что сервант уходит от нас к соседке, потому что она пыль протирает чаще. Все тоже чувство собственничества и гордыни просто не позволит нам так просто расстаться с вещью. Так почему же мы свободны в выборе, а свобода нашей половинки исчезла? Любовь?

Не понравилось сравнение или кажется абсурдным сравнивать живые и неживые предметы? А, может быть, просто самим себе признаться стыдно, что все мы именно так и поступаем. Обрушим на человека свои «откровения» и усядемся на пенек с корзиной пирожков ждать – что же дальше случится. ИМХО страх потерять человека, который нам близок и который внимателен к нам, заставляет нас совершать подобные глупости. «Хорошо ты ко мне относишься, товарищ, НА тебе груз ответственности и сердце мое впридачу!» Проигрывает тот, у кого нервы слабее))

А, может быть, красивым словом «любовь» мы прикрываем свою животную страсть? Вроде бы в цивилизованном обществе XXI века неприлично свою похоть напоказ выставлять – осудят за аморальность. Ради приличия надо пару раз цветочки купить, в кафешке разориться на кофе с пироженкой и сделать пару комплиментов. Тогда запишут в разряд «джентельменов» и обязательно скоро «дадут». Любовь? И разговоры кроватные «а ты меня любишь?», большие глаза с длинными ресницами и полуоткрытый рот. Потом женщина в силу своей сущности и развитой фантазии строит воздушные замки, представляет, как они с внуками у камина сидят… Но это исключительно Ее мысли, не имеющие обоснования и точки опоры. Нам просто нравится, когда все сложно)) Так привычнее, непонятнее и проще сказать самой себе «влюбилась», чем снова копать до правды.

Универсальное средство объяснения того, в чем запутались, и всего, что непонятно – Любовь. Пользуйте и наслаждайтесь!

Страх

Я не знаю, когда он появился впервые – твой страх потерять меня. Наверное там, в осеннем городе, когда я ушел на обычное патрулирование , оставив тебя одну в чужой съемной квартире, пообещав скоро вернуться. Я сказал: «Приду к восьми, жди». И ты ждала. Ты не забыла его, то физическое ощущение, когда внутренний хронометр отмеряет мгновения «без тебя» ?

До того вечера я не помню этого страха… Тогда – представляю, ты стояла у окна, не включая света, смотрела на пустую вечернюю улицу, провожая взглядом редких прохожих, спешащих по домам от троллейбусов. Я опаздывал, а ты боялась отойти от окна, боялась пропустить миг, когда увидишь меня, возвращающегося домой. В голове проносились картины, одна ужаснее другой — что-то случилось и я, раненный, попал в госпиталь. Видения были такими живыми, что ты в панике крепко зажмуривала глаза . Наверное, как раз в такой момент и проглядела меня.

Ты не слышала, как шумел лифт, не слышала, как открылась дверь, но только почувствовала – я рядом. Сейчас это кажется глупым, а тогда – увидев меня на пороге – ты разревелась. Я обнимал тебя и не понимал — что случилось? А ты уткнулась в мою шинель, вдыхала запахи сырой улицы и не могла успокоиться. Мне было страшно от того, что я чувствовал, сознавал – ты уже не сможешь БЕЗ МЕНЯ. Я понял, что отдирать тебя от себя придется с кожей… В тот вечер, ты еще шутила — «так просто ты от меня не избавишься», но это уже было правдой, ведь я понял, что ты не сможешь сама от меня отказаться. И плевать тебе было на гордость и независимость, так радовавшие прежде!.. Тебе было нужно быть рядом, быть со мной, быть частью моей жизни.

Тебе это было нужно, а вот нужна ли была мне такая ты ? Я любил тебя уверенную, неприступную. Я любил тебя невозмутимую и холодную, называл тебя Снежной Королевой, а ты была маленькой Снегурочкой, таявшей от страха… Сколько лет потом, ночами, засыпая на моем плече, ощущая мое тепло, ты становилась спокойной, как в детстве. Стоило мне убрать свою руку, как ты просыпалась с криком, леденея от ужаса . Это стало самым большим, если не единственным страхом твоей жизни.

Ты храбрилась, не показывала виду, а сама замирала каждый раз, когда спрашивала : «Тебя когда ждать?». Ты знала, как бесит меня любая попытка ограничивать мою свободу, знала, как злят твои вечные — «Ты надолго?», и всё же, каждый раз, провожая, со страхом задавала одни и те же вопросы… Среди шумной толпы ты обязательно выискивала меня взглядом , и если была возможность, подходила ближе и осторожно вкладывала свою ладошку мне в руку.

Я пытался научить тебя жить без меня, самостоятельно, каждый раз все позже и позже возвращался в наш дом, где ты не зажигала огня, пока там не было меня. Я уезжал и не торопился возвращаться, а ты стояла у окна и смотрела на улицу, ожидая, когда фары моего автомобиля осветят наши слепые окна. Я привык, что там, куда я все же возвращался, меня всегда ждали… Ты звонила с вопросом : «Ты у меня еще есть?» и я скрипел от злости зубами, не в силах нести на себе такую ответственность. Я мечтал о времени, когда ты забудешь свой страх и перестанешь нуждаться во мне. Я так долго этого хотел, что не заметил — когда он пришел- миг, с которого ты перестала бояться …

Миг моей свободы! Теперь я мог свободно уходить и приходить, мог уезжать куда угодно, с кем угодно и как угодно надолго. Ты уже ни о чем не спрашивала, спокойно засыпала на нашей широкой кровати и даже не просыпалась, когда я тихо ложился рядом. Это было так удобно и так легко. Наверное, это можно было назвать долгожданным освобождением, но почему так больно в груди, когда я вижу, как другой мужчина держит тебя за руку и ловлю в его взгляде страх потерять ТЕБЯ ?

Я ни о чем не жалею

«Жизнь — дерьмо». Мысль билась о стенки черепа, создавая страшный дискомфорт. Или, может, дискомфорт вызывало пятно на юбке? Ночь, проведенная в дороге , не делает краше никого, а тем более женщину «бальзаковского возраста».

Когда в первый раз меня так назвали? Уже не помню. Но в последнее время это определение звучит в мой адрес всё чаще. Господи, о чём я думаю? Пятно на юбке… Да кто его заметит? В этой полупустой деревушке, по воле случая ставшей последним прибежищем дорогого мне человека…

Сколько ему должно было исполниться? Сейчас и не вспомнить сразу… Лет на семь или пять моложе меня? Да какая, в сущности, разница, если теперь его нет? Не позвонит, не рассмеется, не приедет и не обнимет. Много разных «не». Но все они- лишь дополнение к основному- никто не должен знать о наших чувствах. Когда это появилось впервые? Когда мы оба поняли, что наши отношения выходят за рамки привычных ?

Мы вместе росли, взрослели, учились чему-то хорошему и плохому — мы были обыкновенными детьми. Я считала его своим самым близким другом. Пока случайно не оказалась в тот вечер с ним вдвоем в одной комнате. За окном громко переговаривались наши родители, что-то живо обсуждая за вечерним чаепитием. В окно вливался отсвет фонаря, освещавшего двор, мы сидели в полутемной комнате на большом диване, рассказывали какие-то свои истории, делились переживаниями такого длинного и насыщенного дня, и вдруг он сказал : « Мне не нравится тот парень, что провожал тебя вчера ». Я замолчала на полуслове и посмотрела ему в глаза.

Что я ожидала там увидеть? Не знаю, но к тому, что я прочитала в его взгляде, я точно не была готова. Потом, позже, я не раз видела этот взгляд у мужчин, сдерживавших свою страсть. А тогда, столкнувшись впервые с откровенным желанием, я поддалась ... Наверное, я ему доверяла, может подспудно ощущала его тягу ко мне, а может, просто мне стало интересно — ведь это был первый опыт взросления и настоящих, не детских отношений.

Помню, как захотелось прикоснуться к его груди и вдохнуть его запах. Знакомый и тревожный запах. Мы были совсем дети и весь сексуальный опыт складывался из догадок, каких-то усеченных слухов и рассказов более старших друзей. Как мы встали с дивана- не помню.

Но до сих пор помню робкую ласку его рук, гладивших мою спину. А я вдыхала его запах, уткнувшись носом в ложбинку над его острой ключицей. Он был выше меня, быть может, поэтому я никогда не вспоминала, что старше его. Чтобы достать до этой ложбинки, мне пришлось встать на цыпочки. Он осторожно касался губами моих волос и ,словно выдыхая, шептал мое имя.

Никто более не называл меня так нежно, так ласково и так легко. Сейчас я понимаю, что ничего постыдного тогда произойти не могло. Мы не были к этому готовы, мы были слишком невинны. Но, когда кто-то из взрослых случайно уронил что-то со стола, шум развеял очарование и мы отскочили друг от друга. Я чувствовала себя «падшей женщиной». Неловкость, смущение, досада- сейчас уже и не вспомнить всего, что я тогда чувствовала. Он стоял, потупив глаза. Тихо сказал : «Прости…»

С тех дней прошло много времени. Мы по-прежнему общались, взрослели и строили свою жизнь, как умели. Как бы не разводила нас жизнь, мы все равно были близки друг другу. Никогда более мы не позволили себе ничего, кроме простого общения, пока судьба не столкнула нас в маленьком городке. К тому времени у него была семья, а я рассталась с мужем.

Он приехал в мой город в командировку и конечно же , заехал к нам домой. Весь вечер мы мило болтали, вспоминали детство и юность, родных и близких, сплетничали и смеялись, подтрунивали друг над другом. Мне было легко с ним, словно и не прошло столько лет. Дети ночевали у мамы и я постелила ему в детской.

Закончив домашнюю работу , заглянула пожелать спокойной ночи. Он лежал с закрытыми глазами, не потушив свет. Тихо подойдя к кровати, я смотрела на него и видела перед собой не взрослого мужчину, уставшего с дороги, а того мальчишку, что смело лазил через заборы, обрывал соседские цветники, чтобы подарить мне охапку любимых ромашек. Я погасила свет, и уже хотела уйти, когда он тихо сказал : «Посиди со мной». Взяв мою руку, поцеловал ладошку и вздохнул : «Мы давно не были вдвоем…»

Наверное, это было не правильно, но противиться ему я не хотела. Или не хотела противиться себе? Я знала этот взгляд. Знала, что не хочу ничего менять и приму всё, что произойдет. Наверное, многим знакомо это чувство- стремление восполнить то, что недополучил когда-то. Все эти годы я помнила его руки и его запах. Всё время, что мы общались, я не позволяла себе никаких вольностей в отношениях, потому что очень хорошо знала его жену и , она мне нравилась. Она не сделала мне ничего плохого, и я не хотела её обижать. Прежде. Но не сейчас. Сейчас мне было всё равно.

Я чувствовала его желание, меня тянуло к нему , я не думала ни о чем и ни о ком. «Прости, я не хочу больше сдерживаться» — произнося это, он уже не опускал глаз. Конечно, это было неправильно, но под его взглядом я не испытывала смущения, не помнила о возрасте и не думала о проблемах с лишними килограммами. Я словно купалась в его обожании. Всё случилось так легко и естественно, словно мы были половинками одного целого. И знали друг друга много лет. Собственно — так оно и было… Он смеялся, когда я спрашивала : «Сильно постарела?» «Глупая, я помню тебя только той, из детства». Это была наша единственная ночь. Прощаясь утром, он тихо выдохнул мое имя, а я произнесла то, в чем была абсолютно уверена : « Я ни о чем не жалею…»

Мы не смели афишировать наши чувства. Продолжая общаться, держались ровно, не переходя за грань дозволенного. И лишь в редкие моменты, когда мы оставались совершенно одни, мы позволяли себе взяться за руки или просто смотрели в глаза, ведя молчаливый диалог. Все вокруг, по-прежнему , считали нас лучшими друзьями. И потому, когда он погиб, его жена позвонила мне первой. Хоронили его в другом городе. Всю ночь, на каких-то попутных поездах я добиралась до места, откуда нужно было взять такси и доехать до этой заброшенной деревушки, где решено было устроить его последнее пристанище.

Во время этой поездки толстая нелепая женщина уронила на мою юбку пирожное , заляпав жирным кремом весь подол. Отмывать крем пришлось с помощью водки, которую предложил шофер. В таком виде я и успела на похороны. Что думали обо мне присутствующие- меня совершенно не интересовало. Стойкий запах спиртного ощущали все, кто стоял рядом со мной. Но, поскольку у меня всегда была репутация «странной», это воспринимали со снисхождением.

А я думала, что хотела быть для него самой красивой и потому надела новый костюм, привезенный из поездки по Франции. Ему нравилось, когда я одевалась в черное и , покупая этот костюм, я думала о нем. А вот теперь на юбке было пятно и это вызывало у меня дискомфорт. Глупо… Я стояла в ногах дорогого мне человека, смотрела, как ветер теребит его волосы и не могла смириться с тем, что у меня больше нет брата. Одна мысль стучала в стенки черепа : «Жизнь — дерьмо…»

О чем говорят мужчины (V 1.1)

Давным-давно это было. Но почему-то вспомнилось вдруг. То ли потому, что на глаза мне попался диск с фильмом Спайка Ли «Она меня ненавидит», то ли – оно само собой всплыло в памяти. Скорее, все-таки, из-за диска. Такое не всплывает ни с того, ни с сего.

Фильм сам по себе неплохой, но пересказывать его не хочется. Конечно, я могу сказать о сюжете пару слов, но незачем. Он, как бы, послужил некогда неплохим подспорьем в бурной мужской дискуссии с размахиванием рук и багрянцем шей от смущения и ярости.

Ну, ближе к телу, как говорится.

Как-то шлялись мы, по рабочей необходимости, по городку нашему, четверо гарных хлопцев, работой гонимых. Гуляли, значит, да и присели на задах одного домика нового. На недостроенной детской площадке, есть такая мода у строителей – сдавать дом и забывать о недостройках для детей. Ну, да, не о них речь.

В смысле – не о площадках.

Присели мы, значит, и потекла у нас задушевная беседа. Как водится – ни о чем, просто о том, о сем. Посмеяться, да время убить. Но, обстановка располагала. И вот Саня, вспоминая удаль прошедшей молодости, рассказал небольшой эпизод из личного, крепко похороненного в памяти. И – понеслась. Похожее оказалось у каждого из нас, и как я потом с невинным видом повыспрашивал у многих – у многих.

Суть такого эпизода проста – твоя женщина (а бывает, что и не твоя, а просто хорошая знакомая) вдруг просит тебя сделать ребенка. Вот так вот – прямо и в лоб. Рдея от смущения, или белея от внутренней напряженности – выдает такую простую, и такую неисполнимую, просьбу.

Нет, вы не подумайте. Вся соль в том, что женщина просит сделать ребенка, не накладывая никаких обязательств, а порой – чуть ли не с договором в руках о снятии всяких возможных претензий. Просто ты вдруг оказался тем, кто в глазах одинокой сильной личности, обрел статус достойного человека — для ее осеменения. Грубо звучит, да? Но, так ведь и есть…

И, вглядываясь оторопело в глаза, сузившиеся от гнева на самое себя, вдруг осознаешь – а ведь это не способ заякорить мужика, или «перейти на новый уровень отношений». Господи, да она и вправду хочет именно то, что сказала. Чтобы ты сделал ей ребенка! И –свалил куда подальше!

Я тогда спросил Сашку, а что потом ? Ответ не удивил – «Да я сбежал от нее, я что — дурак что ли? Нашла порося на развод».

И тогда я задал ему простой вопрос – а почему, собственно? Вот почему ты ей отказал, делов-то… Она ведь и вправду хотела, от тебя…

Ведь, зачастую, по молодости, мы ходим налево и направо, не задумываясь о последствиях, а иногда и желая, где-то в глубинах сознания, оставить свой след. И в складывающихся отношениях всегда, так или иначе, начинаешь задумываться – а годится ли в матери твоего ребенка эта очаровательная мадама с задорным смехом. То есть – мы ведь тоже неосознанно порой, исполняем задачу, поставленную природой – продолжить себя. И чем больше помет, тем лучше, по идее …

В-общем, разговор у нас тогда вышел знатный, мы и так, и сяк, рассмотрели непростой вопрос, но так и не смогли четко сказать друг другу – а почему?

Вот почему мы не можем согласиться «сделать» ребенка, даже зная, даже получив твердые на то гарантии, что никаких обязательств не будет. Или – как раз поэтому?

Может, мы чувствуем себя униженными и оскорбленными в такой ситуации? Вроде бы – гордиться впору. Но, никто не сказал.

Все просто сказали, что рефлекторно соскочили с таких отношений. Расстались — друзьями, добрыми товарищами, просто сбежали… Но – не дай бог, биологическими отцами ЕЁ ребенка. Такого счастья мы не смогли им дать.

Почему так…

Я как-то думал над этим, давно уже… Но так и не пришел ни к какому выводу.

А как думаете Вы?

Почему?

« Предыдущая страница — Следующая страница »