Письмо знакомому Незнакомцу

В вирте мы наиболее уязвимы, потому что имеем дело с чем-то вроде идеальных сущностей друг друга, а порой и с сознательно созданными кем-то фантомами. Но мы очаровываемся! Мы ловим волны частоты, идентичной нашей. Без всякой пленительной химии запахов, головокружительной физики касаний, видео- и звуко-рядов пленяемся друг другом.

Лара Галль «Немного зло и горько о любви»

Я практически тебя не знаю. Да ты и не даёшь мне возможности узнать тебя поближе. Я никогда не видела тебя в реале – только по фотографии. Но при общении с тобой у меня возникает ощущение де жа вю. Наши короткие встречи на бескрайних просторах сети, завязывающие чёрными иероглифами букв узелки в моём сердце, порождают во мне тёплые, словно весеннее солнце, надежды. Но последние каждый раз тают также быстро, как и появляются. Потому что я не понимаю тебя. Я запуталась в тебе, словно муха в липкой паутине. Сладкой, медовой, покрытой капельками жёлтой смолы. Именно они – эти капли – поманили меня к себе. Я полетела на их призрачное мерцание и сладкий запах, а в результате угодила в паутину… Каждая такая янтарная капелька – твоя тайна. Ты вообще весь такой загадочный... Расшифровать тебя не представляется возможным. Ты закрыт на сотни замков и засовов, а ключи хранятся в местах, мне неизвестных… Такое ощущение, будто я топчусь в прихожей твоей жизни у закрытой входной двери; стучусь , но никто не открывает, даже в глазок не смотрит: кто же там, за дверью?.. И ждать, когда откроют – откроют ли ? – надоело, и уйти нет сил...

Часто именно от этого бессилия в моей душе вспыхивает ярость, злость на тебя, на твои недомолвки, увиливания от ответов, на твоё молчание. И когда этот пожар достигает вселенских размеров, я протягиваю к путам твоей незримой власти надо мной, к нитям, соединяющим наши сущности, свою руку с крепко зажатым в ней острым ножом с целью оборвать одним резким движением все эти верёвочки-ленточки, не приносящие мне ничего, кроме вечного недоумения, напряжения и душевных страданий…

Но ты не даёшь мне сделать этого: появляешься так внезапно в самый решающий момент, будто почувствовав моё намерение освободиться о тебя. Ты, такой мягкий-добрый-ласковый, высвобождаешь из моих побелевших пальцев нож и нежно целуешь меня в лоб. Да-да, не в губы, не в щеку, а именно в лоб, как целуют ребёнка: снисходительно, покровительственно. Рука моя от этого поцелуя безвольно падает, вся злость улетучивается куда-то, и на её место приходит Всепрощение Тебя… Твой взгляд при этом такой удивлённый: делаешь вид, будто не понимаешь причину моего гнева. Проходит час-другой – ты рядом, я счастлива, а потом ты взмахиваешь крыльями и улетаешь в одному лишь тебе ведомый мир, вновь оставляя меня одну – связанную по рукам и ногам. Эйфория проходит, и всё повторяется вновь…

Знаешь, у меня относительно тебя возникает такая ассоциация: блики лунного света в фиолетовой жидкости ночной воды. Я черпаю ладонями холодную влагу, но ни капли серебристой лунности не могу взять себе, потому что это лишь её отражение плещется в чистом пруду моего существования…

Что Я для тебя? Сестрёнка, подружка, «жилетка»?Но меня не устраивает ни одна из этих ролей в твоей жизни. Я много раз принимала решение задать тебе этот вопрос, но он раскалённым железом всякий раз жжёт мои губы. Неопределённость же выворачивает мои мысли наизнанку и сковывает отчаянием. Иногда на смену последнему приходит апатия – равнодушное «всё равно»…

Я даже не могу разобраться в своём отношении к тебе. Временами берега моего сердца затапливает нежность с примесью тоски. Иногда мне просто жаль тебя: вот такого ни на кого не похожего, замкнувшегося в себе, словно обиженного целым светом ребёнка с бесчисленным количеством страхов и тревог. А бывает – особенно в моменты твоего длительного отсутствия – я начинаю тихо тебя ненавидеть… Моё отношение к тебе – гремучая смесь самых разных чувств и эмоций с привкусом противоречий.

Когда же ты поймёшь, мой знакомый Незнакомец, что я жду от тебя настоящих мужских поступков, а не мальчишеских легкомысленных выходок? Прочтёшь ли ты вообще этот монолог – мои душевные излияния? Сможешь ли понять невероятную усталость измождённого сердца?..

Почему-то мне кажется, что ты всё прекрасно знаешь и понимаешь. Но боишься… Боишься поверить в мои искренность и тепло, обращённые к тебе. Боишься принять мою нежность как данность, потому что давно уже привык чувствовать себя волком-одиночкой. Ты просто страшишься поверить в саму возможность счастья. И этот страх иссушает тебя, заставляя не спать по ночам, выкуривать «тонны» сигарет и… страдать.

Но страдаешь не ты один.

Твоя.

Виновата кругом, виновата во всём

Счастливы все одинаково...

Всё как обычно: студентка, общага, любовь, замужество, беременность. Борьба за существование, выстраивание карьеры, радость покупки холодильника и  телевизора, попытка обзавестись собственным жильем,  потом первый личный транспорт. Стабильность, второй ребенок, а затем...

Я, как большинство российских женщин, растворилась в карьере мужа. Выйдя замуж за прапорщика, скиталась с ним казармам и общагам, растила детей, создавала уют и работала где придется.
А с проблемами каждый борется по своему ...

Через 15 лет совместной жизни муж получил звание подполковника, занял приличную должность, и тут началось... От родственников мужа стала всё чаще слышать нарекания в свой адрес о моём невежестве, хотя я хороший специалист в области пищевой промышленности и были времена , когда я годами кормила семью, а  муж вместо зарплаты приносил очередные звания. Но такие пустяки никто не берёт во внимание.

Пришлось вновь, будучи матерью двух детей, сесть за учебники и получить высшее образование, чтобы доказать себе и окружающим, что ты не второстепенная дама, а достойный член высшего общества. После  окончания ВУЗа перешла с производства на службу, вроде престижнее, но  на душу новая профессия не легла.

Должность мужа — это регулярные встречи и проводы комиссий, бесконечные торжественные мероприятия с фуршетами, плавно переходящими в завтрак.
Мой удел — бег с сумками домой, кормление детей, уроки, профилактика и лечение вирусных заболеваний, борьба с пьянками мужа, выведение супруга из похмельного синдрома, переживание за его здоровье, наведение на нем лоска.

В итоге: «Ты брюзжишь! Надоела! Торчишь дома, никому не интересна! Ты — тряпка, на тебя никто не позарится! Ни один мужчина на тебя не посмотрит!»

Боже! Какое оскорбление! За что?! За заботу, за верность?! Оказывается, это наказуемо! Шок — до физической боли. Отчаянье — огромное как вселенная. А ведь сколько раз мужчины восторгались мной при муже при совместных посещениях светских приемов и сколько раз мне делали комплименты коллеги по работе и посторонние мужчины предлагали встретиться. Я так гордилась своей верностью!  И что? Оказывается, ей грош цена!

У меня истерика, я провалилась в жуткую депрессию. Я осознала, что превратилась в «кладбище желаний». У меня нет моей личной жизни, я живу для детей и мужа. У меня есть пара подруг, таких же «домашних наседок», как и я. Я не могу хлопнуть дверью и весело провести время, как муж. Решила: раз нельзя изменить мужа, — изменить себя! Но где найти силы, когда все твои идеалы разрушены? Прихожу в магазин изменить гардероб — мне ничего не хочется, машинально начинаю присматривать что-то детям и мужу. Иду к косметологу — узнаю стоимость процедуры и думаю: « Для кого все это делать? На эти деньги можно детям...» Иду к психологу, слушаю, дома обдумываю, и понимаю: не мое. Говорят, бесполезно пытаться изменить другого человека, но, оказывается, и себя — нелегко.

Время лечит...

Решила не бороться со здоровьем мужа и не обращать внимания на его пьянки.Конечно же, сделать этого не удалось. Но создать видимость безразличия — получилось. Поначалу мужа это удивило, а потом принял с радостью.

На работе опять появился мужчина, оказывающий элегантные знаки внимания, и я решила доказать мужу и себе, что я еще могу быть любимой. Мне тяжело далось это решение; даже решив пойти на свидание, я несколько раз отказывала мужчине после обещанной встречи. Он оказался умным и терпеливым, сказал, что уважает мои чувства, и не будет торопить, а еще больше восторгается мной за эту внутреннюю борьбу.

Однажды это случилось, а потом я боялась идти домой: как смотреть в глаза мужу?! Но муж явился ночью, в привычном для себя состоянии, и рухнул спать. И мне вдруг стало приятно, что я отомстила ему за наплевательское отношение ко мне. Меня захватило безумное чувство: я переродилась, как птица-Феникс, восстала из  пепла. Жизнь превратилась в праздник, мой возлюбленный каждую минуту окружал меня заботой и любовью. За год любви я получила больше внимания чем за 20 лет совместной жизни! И все же было совестно, что позволяю мужу спиваться,что не вмешиваюсь.

А потом обо всем узнал муж: « Ты- шлюха! Я бы убил тебя, но ты нужна детям!»
...Ты — тряпка, на тебя никто не позарится!...

Легко ли быть стервой?

Довольно часто от своих знакомых слышу фразу «Чтобы выжить в этом мире, нужно быть стервой».

А так ли легко живется стервам, и какие они — стервы?

Собирательный образ женщины, переступающей через все и вся ради достижения собственных целей, — довольно частое явление в литературе и кино. А как же обойтись без стервы? Кто будет издеваться над бедной, доброй и беззащитной главной героиней? Кто будет строить козни, плести интриги, чтобы, в конце концов, проиграть? Правда, стервам нужно отдать должное. Они воюют за свое до самого конца. Лично я иногда сочувствую киношным стервам. Приходит в твой дом такая вот бедолажка с невинными глазками и начинается бедлам. В жизни все гораздо прозаичней. Здесь не все так наглядно, суть прячется под совсем другой маской. Какова стерва в жизни?

Стерва не вызывает у окружающих симпатии и уж, тем более, сочувствия. Стерва всегда должна оставаться начеку: а вдруг кто-нибудь заметит слабинку, и тогда репутация летит к черту. И уж никак нельзя показать, что в глубине души стерва нормальный и даже ранимый человек, ну очень где-то глубоко. Тогда пиши пропало, и образ создаваемый годами и тщательно поддерживаемый своим поведением, рухнет.

А с домашними? Как быть с домашними? Ведь если стерва — так стерва. В доме должен быть абсолютный матриархат. Стерва по законам жанра мучает своих близких и далеких родственников, особенно со стороны мужа. Муж -жертва, попавшая в коготки «этой хищницы», как любовно называет стерву свекровь. Мужу ничего не остается, как страдать на груди подруги стервы, вовремя подставленной после очередного домашнего скандала. Короче говоря, держать всех в тонусе очень утомительное занятие.

Хуже всего приходится стервам-начальницам. Начальников не любят по определению, женщин начальников -тем более, а уж начальниц-стерв — ненавидят лютой ненавистью, объединяющей подчиненных в одну небольшую действующую армию. Попробуйте руководить в таких условиях.

Всегда ли окружающие правильно определяют, порой навешивая клеймо стервы не на ту женщину?

По мне, так куда опасней женщины, расточающие медовую лесть в глаза, а стоит отвернуться —плетут сеть интриг. Причем, зачастую пакостят они из любви к искусству. Ну не могут они без этого обойтись. Делается это так ловко, что «скромницы» еще получают порцию сочувствия, а «жертву» скромницы осуждают, присваивая той почетное звание «стерва». Да и кто тут будет разбираться, если все понятно. Самое интересное — что «скромницам» со лживыми глазами всегда удается выйти сухой из любого скандала. Мало того, она всегда себе найдет сторонников и зрителей, так как очень любит играть на публику.

После печального жизненного опыта я стала осторожней с «тихими» скромницами, норовящими исподтишка укусить.

Стервой можно обозвать кого угодно. Женщина, защищающая свою территорию, свои принципы и свою личную жизнь, может выглядеть стервой в глазах других людей. Может, стервозность — это защитная реакция, помогающая выжить в нашем непростом мире, или ответный удар на соответствующее поведение окружающих?

Как меня угораздило, или Слингомамы — это секта? (продолжение)

И вот мы доходим до основной темы этого обширного монолога: фанатизм.

Слингомам часто обвиняют в агрессивной реакции на замечания и советы окружающих. Их называют фанатками, потому что детей они готовы носить чуть ли не до школы. Их называют сумасшедшими потому что на слинги-шарфы они тратят огромные по некоторым меркам деньги. Например, самый простой хлопковый шарф из интернет-магазина (интернет, потому что в обычных магазинах его практически не купишь, в Киеве такой один, а Москве – аж два, кажется, и то, это шоу-румы, то есть работают они только при наличии клиента) стоит порядка 80-100$. Самый простой, расцветка однотонная или полосатая. Конечно, для комфортного ношения ребенка достаточно и его. Одного. Но ведь есть и гораздо более красивые, но не менее комфортные. Их стоимость повыше. Есть шарфы с альтернативными составами: к хлопку добавляют и шерсть, и кашемир, и лен, и коноплю (для тяжелых деток), и шелк (нежнейшие шарфы для кинестетиков и новорожденных), и даже рами (индийская крапива) и бамбук! Все эти добавки немного изменяют свойства шарфа – он становится либо более нежным и воздушным, либо более грузоподъемным (потому что есть разница в весе малыша в 3,5 кг и 12-14 кг), либо более теплыми, либо, на наше невыносимое лето, более прохладными и продуваемыми, чем хлопковые аналоги. Различное плетение тоже по-разному ощущается в ношении: жаккарды более «обнимательные» (терминология слингомам), двойное диагональное плетении – грузоподъемнее. А различные паттерны и цветовые решения! Понимаете? Очень мало слингомам, обошедшихся одним-единственным шарфом от рождения ребенка и до конца слингоношения (то есть когда ребенок уверенно пошел и способен пройти значительное расстояние самостоятельно и с удобной для родителя скоростью, то есть когда не требуется долго носить ребенка на руках). Во-первых, хочется попробовать разных производителей и сравнить. Во-вторых, мама не ходит в одной и той же одежде каждый день, и очень хочется, чтобы шарф не только подходил к одежде, но и формировал единый стиль мамы и ребенка, да и просто шел маме по цветовой гамме. Ну и в третьих, а как же похвастаться? В Живом Журнале существуют целые сообщества, куда выкладываются фотографии красивейших женщин, окрыленных материнством, ну, и слингом, само собой, проводятся конкурсы слингостиля, слингомаскарада, сюжета, с использованием слинга… Короче говоря, поводов «запасть» на ношение слинга-шарфа – масса.

И вот представьте себе, вы увлечены чем-либо. Да хоть велосипедным спортом! Едете вы по улице на велосипеде и слышите в свою сторону: «Идиот, да он ноги себе переломает!», «Ни до чего хорошего это не доведет!», «Вот вырастет задница плоская от сидения и горб на спине, тогда поймешь, как это вредно, да будет поздно!» «Может, тебе денег на маршрутку дать?» И так – от каждого второго! И лишь один из десяти улыбнется тебе и скажет: «Надо же, как удобно! И активность, и комфорт, и красиво выглядит». Само собой, слыша ежедневно запугивания на тему здоровья ребенка, да еще и гениальный довод от родных: «Мы так не носили, и ничего, вы же выросли!», молодая мама постепенно начинает шарахаться от прохожих, глянувших в ее сторону. Не у многих находятся силы не обращать внимания на реплики в свою сторону, а уж тем более реагировать на них со спокойной улыбкой. И поддержку и понимание они находят только среди таких же как они слингомам. Вот и получается, что эти мамочки сбиваются в стайки, активно протестуют против телевизионных передач, где говорится о вреде слинга, проводят слинговстречи, где есть возможность не только похвастаться-померить новинку, но и перенять опыт других, не только в слингоношении, но и в воспитании ребенка. Местами это удобство нахождения рядом с малышом и приятное общение с группой единомышленников настолько сильно увлекает женщину, разбавляет пресные будни домохозяйки, позволяет вести активный образ жизни без ущерба для ребенка, что отказ подросшего малыша от слинга (так называемая «слингопенсия») воспринимается как личная трагедия. Поэтому продолжают покупаться шарфы, появляются мечты о третьем-пятом-десятом ребенке, лишь бы продлить вот это ощущение, когда малыш у тебя на груди, такой маленький, беззащитный и доверчивый…

Но, по традиции, это еще не все! На сегодняшний день слингоношение перестало нести в себе смысловую нагрузку только комфортного нахождения рядом с ребенком. Большинство именитых производителей (не буду называть имена, это не рекламная статья) на рынке уже не первый год. Соответственно, есть шарфы более старые, более редкие (потому что были выпущены в ограниченном количестве) и более востребованные (из-за состава, рисунка или цветового решения, а часто по всем причинам одновременно). И из философии комфортного материнства вырастает философия коллекционирования. Одна из фирм-производителей на рынке слингов уже около 30 лет. Новинки они выпускают ежемесячно, порой и по несколько штук в месяц. Представляете, какой простор для фантазии? Конечно, популярностью пользуются не столько шарфы из стандартного ассортимента (что их собирать, они всегда доступны), сколько лимитированные выпуски прошлых лет. Но и среди них есть более востребованные, а есть практически забытые. Отчасти вопрос в мнении большинства: например весьма редкий и популярный экземпляр, на е-бее уходящий за 600-700 евро (и это считается вполне себе нормальными деньгами за этот шарф) я внешне не выделяю для себя вообще. Что в нем нашли коллекционеры, кроме труднодоступности – ума не приложу.

Ну и, как обычно, кому война – кому мать родна: выпуск каждой новой модели сопровождается бешеными обсуждениями в специально отведенных уголках: у каждого нового выпуска есть шанс стать популярным. А это значит, что через какое-то время цена на такой шарф взлетит. Насколько – вопрос третий. По терминологии слингомам – это «быстрорары». То есть шарф вышел лишь неделю тому назад, но те, кто не успел выхватить его с сайта по цене производителя, уже готовы платить сотни евро, лишь бы заполучить заветный сверточек. Вот это поле деятельности для спекулянтов! Конечно, подобное поведение осуждается, но – среди мам постсоветского пространства. Западные «коллеги» ничего предосудительного в подобном бизнесе не видят: если человек готов платить такие деньги за шарф – почему нет? Однако, на удивление, среди мам-неславянок существует еще и дивная традиция делать подарки: так, например, своим постоянным покупателям они могут подарить еще один шарфик или пуппентух (Puppentuch) – короткий узкий шарфик, для того, чтобы ребенок мог носить кукол в таком же шарфе, как и мама носит его.

Кстати, к слову, на данный момент самый дорогой шарф обошелся хозяйке в 2000 евро – это изумительной красоты молочно-белый шарф, в состав которого входит шелк и кашемир. Деньги, вырученные от продажи этого шарфа на е-бее, компания-производитель пожертвовала на помощь пострадавшим во время землетрясения на Гаити.

Удивительное дело, но коллекционирование шарфов порой абсолютно не совместимо с идеей ношения ребенка – детки некоторых коллекционеров уже давно бегают своими ногами и соглашаются примотаться только чтобы сделать пару фотографий. Некоторые шарфы остаются лежать в стопке, так ни разу не будучи использованы по назначению, потому что есть более востребованные, более «держучие» и т.д. Очень часто используется фраза «оставлю для следующего (внуков/правнуков)». Все прелести коллекционирования налицо.

С другой стороны, конечно же, предосудительного в этом нет, какая, по сути, разница, что собирать? Никому в голову не придет осуждать ярого нумизмата или восторженного филателиста, которые порой готовы выложить за редкий экземпляр немалые деньги. Тем не менее, к настороженному отношению к слингомамам в шарфах примешивается недоуменный взгляд: «Зачем тебе столько?» и откровенное осуждение: «Ты с ума сошла, ТАКИЕ деньги за тряпки!!!» Человеку, одевающемуся в модных бутиках в брендовые вещи, скрыто завидуем, молодую маму, стремящуюся выглядеть стильно и не платить за то, что будет некомфортно в носке, откровенно осуждаем. Например, ткань, купленная по случаю в магазине практически никогда не подходит на 100% для ношения ребенка, скорее всего, она не будет правильно распределять вес, все-таки слинги-шарфы ткутся специально, специфическое плетении, толщина нитки, степень ее скрученности – очень много факторов, обеспечивающих удобство. Поэтому подобная попытка сэкономить приведет лишь к тому, что, в лучшем случае, отрез будет пущен на полотенца, в худшем – просто затеряется в шкафу, то есть это – гарантированно выброшенные деньги. Фирменный же шарф в хорошем состоянии обычно продается с рук со скидкой не более 30-40% от цены с сайта производителя.

Кстати, у меня шарфов пока только три, не ахти каких дорогущих по стоимости, но ценных благодаря тем эмоциям, которые мы в них испытали: два коротких – для дальних прогулок с дочерью, один – выигранный мною в конкурсе, вот его-то не продам никогда: подарки продавать – карму портить. Буду давать поносить родившим подругам, чтоб могли на собственном опыте проверить, что ношение младенца не воспитывает в нем чрезмерной привязанности к маме и последующей несамостоятельности, не создает дискомфорта и проблем со здоровьем (конечно, при соблюдении техники безопасности, помним о примере с велосипедом, да?).

Поэтому слингомамы, имхо, конечно секта, но секта чудесная, несущая в своей сути любовь и позитивные эмоции. А фанатизм – ну его, давайте лучше сосредоточимся на прекрасном!

Как меня угораздило, или Слингомамы — это секта?

Как известно, фанатизм в любом деле – это не фонтан. Это касается любой сферы жизни, ну, да это, собственно говоря, не новость. Однако самый страшный фанатизм тот, от которого страдают наши близкие.

Когда я ждала ребенка, я точно знала, что кормить буду грудью. Несмотря на то, что сейчас полки завалены смесями для искусственного вскармливания, несмотря на то, что сама искусственница, несмотря на то, что журналы для будущих мам пестрят рекламой этих самых смесей, и лишь маааленькими буковками приписано, что наиболее оптимальным видом питания для ребенка до шести месяцев является грудное молоко, и уж тем более, несмотря на уверения моего мужа, что, скорее всего, я не смогу кормить долго – не хватит молока. Но оказалось, что в современных роддомах активно пропагандируют именно грудное вскармливание, правда, толком не объясняют, как это делать правильно. Существуют и платные консультанты по грудному вскармливанию. То есть, по большому счету, не существует женщин, которые не могут кормить ребенка грудью, существуют просто не желающие этого делать (не берем во внимание случаи медицинских противопоказаний). Вот точно так же, узнав о слингах, я решила для себя, что этот вид переноски – для меня.

Немного справки: слинг – переноска для ребенка, кардинально отличающаяся от привычной глазу кенгурушки. В слинге ребенок расположен в правильной с точки зрения ортопедии позе (он плотно притянут к маме, ни в коем случае не сидит, в прямом смысле этого слова, на попе, ножки согнуты и поджаты таким образом, что коленки расположены выше попки). Если вы видели мам, несущих ребенка в кенгуру, то сразу отметите, что в них малыш висит на промежности, как парашютист на стропах. Такая поза создает опасную нагрузку на неокрепший позвоночник и провоцирует его неправильное развитие. Но и это еще не все. За счет того, что в слинге ребенок плотно прижат к маме, как бы полуобнимает ее ножками за талию, а лямки слинга гораздо шире, чем у кенгуру, гораздо равномернее распределена нагрузка на мамину спину. Сравните, например, туристический рюкзак советских времен и современные станковые рюкзаки – вес распределен совсем по-другому, и нести современный рюкзак значительно легче.

Но роль слинга не ограничена простым ношением ребенка. Ведь, по сути, ребенка какое-то время можно поносить и на руках, да и коляски гораздо популярнее слингов. Тем не менее, коляска не всегда удобна – не у всех есть собственный автомобиль, а просидеть год-другой безвылазно дома не сможет ни одна женщина, да и не везде коляска пройдет: то дорога не позволяет, то в магазин не пустят. Но это сущие мелочи по сравнению с тем, что далеко не все дети согласны тихо сопеть в коляске (как, впрочем, и в кроватке). Редко ли видим на улице картину: нервная мама бегом летит в сторону дома, а в коляске захлебывается криком чадушко? Или мама, бедром толкающая перед собой коляску и при этом несущая спящего младенца на руках?

Короче говоря, история моего слингоношения началась еще до родов: я смотрела красивые фотографии красивых мам с улыбающимися малышами в слингах и мечтала, как тоже буду идти по улице вся такая красивая-красивая, и как спокойно и удобно будет нам с ребенком. К сожалению, мною был неучтен один фактор: слинги бывают РАЗНЫЕ!! Не только по виду, но и по удобству пользования! Если вбить в поиск слово слинг, то большинство ссылок приведут вас туда, где продаются слинги с кольцами – это отрез ткани приблизительно 75 см на 2 м с вшитыми в один из концов двумя кольцами. Эта конструкция очень удобна для совсем крошечного ребенка (месяцев до трех) или для малыша, уже умеющего ходить, но не способного пройти большое расстояние. В такой слинг, при небольшой тренировке, можно быстро положить и точно так же быстро вынуть ребенка, но нагрузка приходится только на одно мамино плечо, и не умеющего сидеть малыша весом больше пяти кг нести уже практически невозможно. Другое дело малыш, умеющий ходить и привычный к слингу – он и нагрузку свою распределяет по-другому, да и долго нести его не придется – он сам попросится потопать ножками. Но и это еще не все! Оказывается, производители слингов в гонке за комфортом этот самый комфорт просто нивелируют. Так, «улучшение» в виде синтепоновой подушки для плеча, которая должна облегчать нагрузку для мамы, на самом деле мешает качественному распределению веса, а поролоновые или синтепоновые бортики, призванные увеличить комфорт малышу, попросту не дают правильно отрегулировать слинг, что приводит к неправильной позе ребенка. Это не только неудобно для мамы, но и порой опасно для здоровья малыша. Помните нашумевшую американскую историю с семью младенцами, задохнувшимися в слингах? Как оказалось, это были и не слинги в правильном понимании этого слова, это были «сумки для ношения младенцев», в которых дети располагаются в виде буквы «С», что действительно опасно для их здоровья: новорожденный во время сна не способен сменить некомфортную позу, а в этих сумках такое положение тела попросту перекрывает дыхание ребенку. Кроме того, сумки эти сшиты из искусственных, не пропускающих воздух материалов. Тем не менее, пострадавших могло быть гораздо больше, сработал фактор процента идиотов на количество населения: ВСЕ малыши погибли из-за халатного отношения этих… как их… мамами не поворачивается язык назвать. Это мыслимо, трехнедельного младенца запихнуть в подобный девайс, закинуть на плечо (хотя даже инструкциями к этим переноскам предусмотрено ношение ребенка спереди) и отправится с подругами на шопинг? О малыше горе-мамаша вспомнила через три часа, потому что его пора было покормить. Однако на просторах СНГ прозвучала фраза «слинги-убийцы», ее подхватили практически все телеканалы, а за ними и мирное население. Как всегда – превратности терминологии: на западе слингами (sling) называют именно переноски с возможностью ношения только на одном плече, тогда как другие виды переносок – baby carrier.

Больше всего досталось слингам-шарфам. Слинги-рюкзаки выглядят достаточно современно, отчасти даже напоминают привычную кенгурушку, вот только ребенок в них расположен в ортопедически правильной позе, да и лямки таких рюкзаков гораздо шире и удобнее, чем у кенгурушек, то есть комфорт и ребенка, и родителя учтен. А вот слинги-шарфы – это для глаза соотечественников нечто совершенно новое. Это такое полотно ткани специфического плетения, размером 60-70 см на 2,2-5,7 м. Способов намотки таких шарфов много, они предусматривают и разный возраст, и разный вес ребенка, и его подвижность. Слинги-шарфы – самые универсальные переноски: в них можно расположить малыша и горизонтально, и вертикально (заметьте, не сидя – в слингах ребенок не сидит в привычном понимании этого слова), спереди или за спиной мамы, и на боку. Существуют намотки, в которых можно носить ребенка несколько часов, или наоборот, быстро посадить или достать «ходунка». В шарфе можно незаметно для окружающих дать грудь малышу, а ведь если он раскапризничался – это лучший способ его успокоить. Однако внешне слинги-шарфы слишком этничны для человека, живущего на просторах нашей Родины.

И правда, большинство фирменных слингов-шарфов напоминают либо полотенце, либо покрывало. Угадайте, сколько раз меня спрашивали, сама ли я придумала ребенка покрывалом привязать к себе? А скольким мамам-единомышленницам предлагали деньги на коляску и вдобавок отдать старые детские вещички? Чаще всего подобной «благотворительностью» занимаются пенсионеры. От них же и большинство реплик на тему «Шо ты мучаешь ребенка, гляди, как он у тебя скрючился!» «Это ж ноги кривые будут», «Ты ему кривошею обеспечишь!», и прочие страшилки в том же духе. На самом деле, правильная намотка исключает подобные проблемы, а вот комфорта прибавляет немало: это и контроль за состоянием младенца – всегда видно-слышно дышит ли он, тепло ли ему, удобно ли, это и возможность быстренько его успокоить – грудь дала, и все! А дома, где не работает лифт? Вот как втащить коляску на третий-девятый этаж? А большинство современных девятиэтажек оснащены таким лифтом, куда далеко не каждая коляска влезает. Наши дома совершенно не приспособлены для колясочных детей! Но и наши дети не приспособлены к коляске: норма для ребенка – находиться рядом с мамой, ему так психологически и физически комфортнее, чем где-то в коляске или кроватке. За девять месяцев внутриутробного развития малыш привык к тому, что этот человек, с его запахом, ритмом сердцебиения и дыхания, теплом – всегда рядом. Роды – неизбежный разрыв этого маленького уютного мира. Но в силах мамы этот комфорт вернуть – надо просто быть рядом. Естественно, что постоянно носить малыша на руках тяжело. Вот тогда-то на помощь приходит слинг: с его помощью можно и полы помыть, и обед приготовить (соблюдая правила безопасности, само собой), и старшему ребенку внимание уделить, не отказывая при этом в комфорте младшему. Кроме того, принимая таким образом участие в маминых делах, малыш обучается! Заметьте, ребенку всегда интереснее занятия взрослых, чем игрушки и мультики? Какой может быть Винни Пух, если папа собирает полочку для кухни? О каких погремушках идет речь, если мама чистит картошку?

(продолжение следует)

Следующая страница »