30.06.2010

Камо грядеши?

140375Дневной зной иссушал кости и жилы. Капли пота медленно ползли по высокому лбу. Сухой, загоревший почти до черноты, мужчина шел по одной из дорог, которые ручейками разбегались в разные стороны от Великого города. На тощих ногах путника болтались сандалии греческой отделки, вздымая при каждом тяжелом шаге облачка желтой пыли.



style="margin:1em auto;;display:block"
data-ad-client="ca-pub-4606205082910035"
data-ad-slot="9720038702"
data-ad-format="horizontal">

Под редкими, курчавыми волосами человека мерцали глубокой синевой полубезумные глаза. Временами он останавливался, и, жадно дыша, смотрел, наклонив голову, в ту сторону, откуда пришел. Человек смеялся.

— Слишком быстро.... — шептал он. — Никому не успеть.

И снова он шел вперед, похожий на мертвое дерево, которое буря вырвала с насиженного места. Кто из живущих во все времена был подобен ему? Никто. Никто не слышал грома, и не видел молнии; только он один, две тысячи лет внимавший знамениям, почувствовал сердцем и разумом, что время конца пришло.

— Господи, я иду, — улыбался, с хрипом выпуская воздух из груди, человек. — Я так устал, Господи.

Дорога все бежала вдаль, подобная ленте, заплетенной в волосах торговки медом.
Вдруг в самом ее конце, там, где горизонт нависал над краем мира, показалось темное пятнышко. Все ближе и ближе подплывало оно. Это был кто-то, идуший по одинокой дороге навстречу черному мужчине.

Солнце взошло на свой полуденный трон, и казалось, окутало темную фигуру незнакомца сияющей мантией, рассыпающей яркие стрелы.

Черный человек остановился.
— Морному мужчине.

Солнце взошло на свой полуденный трон, и казалось, окутало темную фигуру незнакомца сияющей мантией, рассыпающей яркие стрелы.

Черный человек остановился.
— Может ли быть?... — спросил он сам себя. Это мираж. Это солнечный удар.
— Ты звал меня, Петр, — с укоризной промолвил приблизившийся. — А теперь я для тебя мираж.
Черный человек упал в пыль.

— Господи! — заплакал он. — Я звал Тебя не со зла! Я звал Тебя больше двух тысяч лет! Прости меня за то, что поминал имя Твое всуе.
— Нет в тебе греха, Петр. Встань.

Петр встал, и, не веря своим глазам, прикоснулся к видению. Оно вложило свои руки в руки Петра.
— Теперь ты веришь, Петр? — спросил Сын Человеческий, чувствуя, как пальцы апостола гладят страшные дыры в ладонях.

— Наставник! — заплакал Петр. — Верю. Затем ему в голову пришла какая-то мысль. Быстро вытерев слезы грязным рукавом робы, он спросил, страшась и одновременно желая услышать ответ:
— Куда идешь, Господи?
— Иду к народу своему, который ты оставил, — ответил Йешуа.


style="margin:1em auto;;display:block"
data-ad-client="ca-pub-4606205082910035"
data-ad-slot="9720038702"
data-ad-format="auto">

— Наставник, — покачал головой Петр. — Слишком поздно. Тебя не было две тысячи лет. Все изменилось. Где ты был, Господи?
— Неужели ты думаешь, что в Царстве Отца Моего не нашлось дела для его Сына, Петр? — спросил Йешуа. Петр склонил голову.

— Не терзайся, мой верный друг. Время ничего не значит. Вспомни книги Моисея:
Одно поколение уходит и другое поколение приходит… и ничто не ново под солнцем. Так говорил Екклесиаст, и это — правда.

— Нет, Господи, — прошептал Петр. — Уже нет. Время бежит, быстро, словно его гонят на смерть. Люди проживают жизнь, успевая делать столько, сколько раньше делали за десять жизней — но им и этого мало. Утром они могут быть на западе мира, вечером — на востоке, пересекая небо, как птицы, но их душа корчится на земле, придавленная расстояниями, вечной жаждой объять все. На западе им грезится восток; на востоке им грезится запад; стоя на месте, они страстно желают идти; двинувшись в путь, они всю дорогу будут сомневаться — возможно, им стоило остаться на месте? Слишком много выбора ты дал им, Господи.

Йешуа смотрел на Петра.
— Отец знал, что людям когда-то понадобятся ответы на их вопросы. Я иду рассказать миру, то, что он хочет знать.
— И как Ты это себе представляешь, Господи? Ты будешь спрашивать по очереди? Тогда тот, кого ты выберешь, будет убит, потому что его вопрос, даже если он самый верный, покажется другим насмешкой над их собствеными. Ты будешь отвечать всем?
— Я смогу, Петр, — улыбнулся Йешуа.
— Тогда Ты будешь ждать вечно, потому что, получив свободу выбора, они не смогут решить, какой вопрос тебе задать. Поднимется великий крик, когда они попытаются заглушить друг-друга, и кровь польется рекой. Ты этого хочешь?

И ты думаешь, им нужны ответы? Ты оставил людей, Господи, а теперь идешь спасать животных. Есть, спать и совокупляться — вот новые златые тельцы, и их не так просто разбить.

Йешуа поднял руку. Петр горячо возразил:
— Нет, не останавливай меня. Твой крест сейчас тяжелее, чем на Голгофе. Он бежит сотнями огней по нитям, которые окружили весь мир. Он мелькает вспышками из рам, уставившись в которые, люди проводят вечера. Все быстрее и быстрее; Ты не поймешь, Господи.

Они сами себя распинают. Быть там; и там; и там, и там, и там!! ДА! А если не успеваешь, то осознание приносит тебе боль. Все быстрее! Твой народ остался таким, как был — будто и не было двух тысяч лет, это МИР изменился, Господи. Они не успевают за миром. Мог ли я подумать в свое время, что сеть, которой я ловлю рыбу, станет старой еще до того, как я опущу ее в воду? А сейчас так и есть.

Тебя не станут слушать, и распнут снова — безразлично, слепо глядя на чудо, которое ждали, не видя его. Распнут плакатами, интервью, ток-шоу, концертами в твою честь, — а потом забудут, найдя себе новую игрушку. Иуда хоть продал Тебя! Возвращайся, Господи. И забери меня с собой.

Но ответом ему была только улыбка.


style="margin:1em auto;;display:block"
data-ad-client="ca-pub-4606205082910035"
data-ad-slot="9720038702"
data-ad-format="rectangle">

10 комментариев к  „Камо грядеши?“

  1. bagow 30.06.2010 16:47

    Ого растешь, давно не читал твоих статей здесь. Очень хорошо пишешь.

  2. Krufoco 30.06.2010 17:43

    Спасибо, Влас.

  3. Елена I 01.07.2010 20:03

    На то он и Бог, чтоб быть распятым.

  4. Krufoco 01.07.2010 21:37

    Какой офигенно глубокомысленный комментарий.

  5. Tana 02.07.2010 06:19

    Примите мое восхищение!

    Стиль изложения, содержание, глубокомыслие — поражают.

    Такое удовольствие от спонтанного чтения чего-то в интернет не столь часто случается )

  6. Виталий Сердюк 02.07.2010 08:58

    Круфоко, сижу перед монитором в ожидании первого старта на Чемпионате в Испании (болею за дочку) и в пятый раз перечитываю твою сказку (?).

    Непередаваемое словами удовольствие!

  7. Круфоко 02.07.2010 09:30

    Тана, дед Виталя, мне приятно, но смотрите, не перехвалите :).

    P.S. Дед Виталя, я рад, что Вы смогли поехать.

  8. Виталий Сердюк 02.07.2010 09:37

    Витя, не боись, ещё и покритикуем 😉

    А дочка да, сейчас в Испании (она у нас самостоятельная, уже в 6-й раз за рубежом), а я веду репорты в своём блоге из Полтавы 🙂

  9. galactika 17.12.2010 20:35

    Виктор, привет!

    С огромным интересом прочитала твою сказку(?). Скорее похоже на пост из рубрики «мнение»...

    Мне всегда нравилась глубина и высота полета твоих мыслей. И сейчас я убедилась в этом ещё раз.

  10. VivaldiDM 10.06.2011 11:20

    Задумка в виде «подражания Булгакову» интересна и сложа, но Вы хорошо справились с её исполнением.

    Несколько замечаний:

    1) ///Вспомни книги Моисея:

    Одно поколение уходит и другое поколение приходит… и ничто не ново под солнцем. Так говорил Екклесиаст, и это — правда.///

    Как связаны книги Моисея (Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие) с книгой Екклесиаста (Соломона, сына Давида), жившего намного позже Моисея? Гораздо логичнее было бы просто «Писание».

    В ответе Петра содержится незнание текста Писания:

    4 Род проходит, и род приходит, а земля пребывает во веки.

    7 Все реки текут в море, но море не переполняется: к тому месту, откуда реки текут, они возвращаются, чтобы опять течь.

    8 Все вещи — в труде: не может человек пересказать всего; не насытится око зрением, не наполнится ухо слушанием.

    9 Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем.

    10 Бывает нечто, о чем говорят: «смотри, вот это новое»; но [это] было уже в веках, бывших прежде нас.

    (Еккл.1:4;7-10)

    Человек не может пересказать всего и увидеть всё — это констатация факта Мудрым, однако, человек не перестал к этому стремиться.

    2) Почему Пётр две тысячи лет гуляет по миру? За какие прегрешения при условии, что у него ключи от Царства Небесного Мф. 16:19 (это просто вопрос, который появился после прочтения статьи)?

    Окончание чем-то напоминает Великого Инквизитора.И, к сожалению, бьёт точно в цель.

Оставить комментарий или два