Обидели, часть 3
Тяжелое соседство
Разменяться не получилось. Ксения категорически не соглашалась ни на какое «ухудшение условий», а Юля, конечно же, не могла себе позволить выбрать худший вариант: им-то с Витей ещё детей растить. Пришлось жить в комнате Виктора, на девяти метрах, со свекровью и «сеструхой», ожидая, когда ж та наконец…
Ох, как тяжело это – жить и ждать, когда сдохнет твой тяжёло и неприятно больной родственник. Жить с ним бок о бок. Ждать.
Прислушиваться ночью к сирене «скорой» и говору врачей. Ну, может, хоть сегодня?!.
Нет, опять оклемалась…
Подруги Юле сочувствовали, но обнадёжить ничем не могли. «У нас парализованная бабка двадцать лет так жила», — сказала однокурсница. Юля проплакала всю ночь. Это же ужас какой-то!
В дни, когда заканчивались деньги, Юля «сеструху» ненавидела ещё больше. За унижения, которые приходилось терпеть. Юля видела, какое удовольствие испытывает Ксения, давая деньги брату и невестке. Своего рода «богатая тётушка». Юля часто читала о таких богатых, зажившихся на свете, никому не нужных родственницах, но только теперь начала понимать, как же тяжело людям ждать от них наследства, и как их с каждым годом ненавидят всё больше. Вот и у них такая под боком – старая, никому не нужная дева, «богатая сестрица». И ещё морду сделает безразличную, будто Юле не видно, как ей в кайф выдавать им милостыню. А то могла и не дать, помучить: «В этом месяце не получится, экономьте сами. Мать теплицу просила».
Пообещала оформить завещание на племянника, когда появится. Юля психанула: и здесь «сеструха» подгадила! Пришлось даже отказаться от мысли о ребёнке: «Пока не сдохнет – не рожу! Иначе наследство получит младенец, а мы будем иметь проблемы с опекой: деньгами не воспользуйся, квартиру не продай».
Когда у актёра Невинного ампутировали ноги, Юля расплакалась. Такая грустная новость! У него отрезали. А когда у этой-то отрежут?! Туп-туп-туп. Ходит и ходит по квартире, спать не даёт…
Эта разлагающаяся туша с больными ногами не только давала деньги матери и брату на обустройство, на ремонт – что понятно, но ещё куда-то вкладывала под проценты, куда-то инвестировала. Как будто собиралась жить и жить. Юля ночами прислушивалась – не захрипит ли, задыхаясь, ненавистная Ксения? Впрочем, мать и брат такие «тюти» – вызовут «скорую»… Будет ещё жить и жить, всех мучая…
А под Новый Год эта свинья поехала в Европу. Маршрут Брюссель – Париж – Ницца. Это когда у Юли на новое платье денег не было. И, между прочим, запретила в свою комнату на время отсутствия заходить. Пришлось гостей в кухне укладывать. Они там весь пол заблевали. Юля мыла. А в комнате «сеструхи» ковёр остался чистеньким.
В Европе она… в Европе! Со своей толстой жо… задницей и слоновьими ногами. Посидит, небось, на лавочке у Версаля, три шага сделает – на другую сядет. Зачем ей этот Париж?! Она ж ни шмоток ни накупит, ни по ночным клубам не прошвырнётся. Зачем ей Европа?!
Юля не понимала, как можно быть настолько эгоистичной.
Ну ты посмотри – мы молодые. Нам детей рожать, нам жить ещё и жить! А ей что? Два – три года, и конец. Какого ей в Европу? Зачем ей санаторий?! К чему ей отдых на море?! Ездит зачем-то… Ужалась бы в расходах, небось купила бы себе квартиру. Неужели она не понимает, что губит наши молодые жизни?!
Иногда приходилось переступать через себя. По несколько дней стараться быть предельно вежливой, выжимать улыбки, глядя, как эта туша толчётся по кухне со своими диетическими продуктами, а потом… потом просить денег. Да ещё и объяснять – на что. Просто так не давала. Обоснуй – насколько тебе эта сумма необходима. А может, молодой семье новую сумочку хочется?!
Разочарование
Два года Юля жила в маленькой комнатушке с мужем, надеясь на лучшее – на смерть Ксении. Два года мучалась, два года терпела эту корову, эту слониху на кухне, в ванной, в квартире.
И однажды настал день, когда, наконец, она не застала дома Ксении.
«Ксюша в больнице», — ответила мать на немой вопрос. Распространяться не стала.
Юля была на седьмом небе от счастья. Вот только долго всё-таки эта Ксения помирала. Как всегда – всё делала назло. Надеялась оттянуть неизбежный конец. Операции делала. В санаторий её отправляли, потом снова в больницу. Юля тосковала и считала дни. Уж больно долго длилась агония.
— Ну сколько ещё ждать, — отчаянно бормотала Юля. – Мы бы уже давно на её сбережения могли бы сделать ремонт!
Со дня на день Юлия ждала самого главного известия. В больницу, понятное дело, не ходила – ещё чего. Юля в какой-то мере была честна: к чему делать вид, что жалеешь ненавистную родственницу и навещать ей, выдавливая из себя лживые слова сочувствия. Юля никогда не была лгуньей и навещать Ксению, само собой, и не подумала.
Возможно, зря.
Возможно, если бы Юля хоть раз навестила «сеструху» в больнице, случившееся не было бы для неё таким шоком.
... Однажды к дому подъехало такси. Раздался звонок в дверь. И вошла Ксения. Похудевшая, помолодевшая и, кажется, избавившаяся от инвалидности. Стояла, усмехалась, как победительница.
И умирать не собиралась.
… За семейным ужином выяснилось, что эта тварь с мамашей, оказывается, скопили денег на всякие иностранные лекарства, платные операции, ультразвуки, лапароскопии, массажи и санатории. (Вот это удар от свекрови! А ведь обещала им с Витей машину купить!). Ещё предстояли месяцы, может быть, годы лечения – долгого, дорогого, но с перспективой нормальной жизни. Возможно, даже дети будут. Дети – у Ксении! Юля плакала всю ночь, а утром, когда муж ушёл на работу, собрала свои чемоданы и вызвала такси. Виктору оставила записку: «Мне что теперь, десять лет ждать, пока ты на квартиру накопишь?!».
… Юля ехала в такси и глотала слёзы. Вся будущая жизнь пошла прахом. Молодая семья распалась. И всё – от человеческой злобы, жадности и алчности. Неужели так трудно вовремя сдохнуть, когда хорошие люди просят?!
=============
… Пользуясь любезным предложением «Унции»: Другие мои рассказы, повести и заметки вы можете почитать в моём литературном блоге.
Обидели, часть 2
Не то, не там, не так
Следующий вариант предложила будущая свекровь. В принципе, терпимый размен: детям по однокомнатной, ей домик в деревне. Сбережения на домик имелись. От дележа квартиры мама самоустранялась.
Но всё равно оставались проблемы: никак не удавалось достойно разменять «трёшку» на две полноценные квартиры. Получалась одна хорошая однокомнатная, и одна плохая. Или две так себе.
И Юля уже была готова согласиться на «так себе», лишь бы жить с любимым в личной квартире, но Ксения на «так себе» упорно не соглашалась. Свет не видывал такой подлой твари!
— Что-то я не понимаю. Вы делите трёхшку на две неравные доли, и предлагаете мне худшую…
— Но ведь ты же одна, а нас двое! – Юля рыдала, но никак не могла объяснить Ксении эту простую арифметику. – А скоро у нас будут дети! Представь себе: ты будешь жить одна в хорошей однокомнатной квартире, а мы – с детьми ютиться в одной комнате!
— А что, у меня, значит, детей быть не может? – ехидно спрашивала Ксения.
Юля терялась, на языке вертелось «Ты же скоро…», — но как сказать это прямо? Если человек такой бесчувственный, что сам не понимает?!
И всё ей не так: тут ванны нет, тут балкона нет, тут пятый этаж в доме без лифта. Не хочу, говорит, менять нормальные условия на худшие. Нашли уже, вроде бы, квартиру – одна беда – на окраине города. Такси в больницу дорого стоит. Ну ничем не угодишь!
Доплата
И ведь были же у неё деньги! У Ксении. Думаете, эта уродина нищей была? Ничуть. Это у Юли в свои двадцать не было ни гроша, а у Ксении к тридцати были сделаны немаленькие сбережения. Она уже закончила вуз и работала себе – дипломы, курсовые писала таким студентам, как Юля. Немаленькие деньги! Юля с первого курса заказывала у таких умников, как Ксения, курсовые и рефераты, и знала, сколько это стоит. Приходилось последние деньги им отдавать! Родители дадут на курточку или сапожки – а ты иди, отдавай им свои денежки…
Вот и Ксения такие цены загибала – как будто студенты не люди! Нет чтобы рублей по сто курсовые писать. Ну или хотя бы по триста… Зла не хватает на такую жадность.
И копила, копила. А куда ей тратить? На дискотеки она не ходит, модные шмотки не покупает. Копи себе, набивай кубышку.
Ну вот, значит, предложили ей вариант. Раз трёхкомнатную можно разменять только на две плохие однокомнатные, надо доплатить, и будут две хорошие! Деньги, которые дают Юлины родители, добавят молодые и купят себе хорошую квартиру, а Ксения, тоже достань свои сбережения, доплати и получи хорошую квартиру, какую тебе хочется. В центре города. С ванной и балконом. И что, вы думает, она ответила?
— Интересно получается, — прищурилась Ксения. – Вам нужен размен, а с чего я должна раскошеливаться? Мне и в этой квартире неплохо.
И сколько не приводили аргументов из серии «молодая семья» и «скоро будут дети» — ни в какую. «Вам надо – вы за всё и доплачивайте. Я свом деньги на размен не дам, мне они на лечение нужны. Может, ещё сиделку нанимать придётся».
Так по-свински – и с семьёй родного брата. И ведь есть у человека свои накопления, и сама одной ногой в могиле – а фиг вам. Сами, говорит, заработайте. Так ведь пока они заработают, десять лет пройдёт!
Ксения пожимала плечами, а Юля истерически плакала в подушку: «Да через десять лет мне будет столько же, сколько ей! Под тридцать! Жизнь кончится!».
Двухкомнатный подарок
И ни в какую не хочет эта жлобина доплачивать за квартиру. Юля с Витей всё должны поднести на блюдечке!
И ведь что человеку ещё надо? Осталось тебе несколько лет твоей скучной, больной жизни – ну и проживи ты их себе спокойно. На окраине города. В небольшой квартире. Много ли тебе надо? Дай дорогу молодым. Уступи часть своей недвижимости брату и его жене. Тебе-то всё равно скоро подыхать!
Но разве этой жадобе что докажешь? Всё ей было не так и не эдак.
Наконец, родители Юли предложили очень хороший вариант. От тётушки Юле досталась в наследство двушка в пригороде – сдавали её за небольшие деньги. Вот её-то и решили предложить Ксении.
— То есть вам – трёхкомнатная в городе, маме – домик в деревне, а мне – «двушка» в пригороде? – уточнила «сеструха», и по её тону Юля поняла, что этот вариант ей не очень-то по нраву.
А чем не по нраву? Ведь Юлина квартира в пригородном посёлке тоже денег стоит. Вот и получается честно: Витина половина квартиры ему и так принадлежит (мама-то уедет в деревню). А Ксения свою половину поменяет на юлину «двушку». Полторы комнаты на две! Класс?
А «сеструха» говорит, что не класс. Что ей из пригорода будет очень тяжело в городскую больницу добираться. И в библиотеку. И в магазины. И вообще тут она вызвала такси – и за сто рублей в любой конец города. А пригород её не устраивает. Такси от трёхсот рублей, а автобус-троллейбус ходят раз в час, и все набитые.
И, представляете, говорит: «А почему бы вам с Витей не переехать в твою, Юля, пригородную квартиру?».
Выдумает тоже! А как же Юле в универ ездить – час в автобусе-троллейбусе толкаться?! Так это ж на полтора часа раньше утром вставать придётся!
Обидели, часть1
Юля глотала слёзы. Вся будущая жизнь шла прахом – история счастья с любимым человеком упиралась в быт. Не то чтобы Юля много чего требовала, или была особенно избалованной – нет, речь шла о крыше над головой. О жилье. Извечная в нашей стране проблема молодых людей.
А ведь так просто можно было достичь компромисса... Но родственники жениха упёрлись рогом.
Жилищный вопрос
… Юля провела пальцем по стеклу, будто решая сложное уравнение. Да, все возможные варианты компромисса с родственниками она перебрала. Жить в мега-семье не было сил, но размениваться родственники, выделять законную долю принципиально не желали. Десятки вариантов предлагали им Юля и Виктор! Но, похоже, позиция родственников была принципиальна.
Особенное удовольствие от возможности отвергать все разумные и даже сверхщедрые варианты (с убытком для молодой пары) получала, казалось, сестра Виктора, старая дева, больная и некрасивая, которой никакой любви в жизни не светило, и которая просто из зависти делала всё, чтобы расстроить намечающийся брак.
И даже будущая свекровь была уже согласна на размен… Но человек, ущемлённый жизнью, радовался возможности отомстить молодости, счастью, красоте. Ксения получала удовольствие от того, что не давала своего согласия на размен трёхкомнатной квартиры и выделение доли брата. «Пусть живёт с женой в своей комнате», — говорила она. И Юля заранее сжималась от перспектив сожительства с двумя «свекровками» – матерью и злой, завистливой сестрой.
Жить у родителей с мужем Юля не могла – в двушке у неё с сестрой была своя комната, но куда девать младшую сестрёнку? Родители зятя не пускали, зато давали денег на то, чтобы дополнить размен доплатой. Давали даже деньги на доплату лично Ксении! Бесполезно. Злоба старой девы была сильнее жадности. Юля тихо плакала ночами…
Снимать жильё? Им, студентам, Юле и Вите, пока не хватало денег. Ипотека? Безумие. Да и не даст им пока никто – студентам. В пригородном посёлке, где Юле принадлежала доставшаяся от тётушки квартирка? Замучаешься в университет и на работу ездить: по часу на троллейбусе или автобусе, если без пробок. Ждать, пока оба встанут на ноги?
Видимо, ждать… Юля тоскливо глядела на струи дождя, и мир казался ужасно зловредным, настроенным против их молодой любви.
Красавица и уродина
У Виктора была своя доля в трёхкомнатной квартире. Казалось бы, чего лучше? Даже сама свекровь предложила размен.
И вот тут высказала свою позицию Ксения. Старая дева лет около тридцати, которой не на что было надеяться в этой жизни – толстая, больная и уродливая. Она почти не ходила, в больницу ездила на такси, даже до ближайшего магазина во дворе ходила час, с трудом опираясь на палку. Присаживалась на скамью. Долго смотрела на увитую розами стену дома. Поднималась и шла следующие двадцать метров до магазинных дверей… Ни замужество ей, ни счастье в личной жизни, понятно, не светили.
Юля понимала, что она – молодая, красивая, счастливая, любимая, любящая – неминуемо должна была стать жертвой зависти такого человека. Но что тут сделаешь? Юле приходилось смириться. Не она же была виновата в своей красоте.
Из обрывочных разговоров Юля знала, что жизнь этого никому не нужного куска жирной больной плоти может оборваться через три – четыре года. Может, раньше. Был шанс и на выздоровление, но без дорогого лечения весьма призрачный. Так что квартира, получается, целиком должна была достаться Виктору и Юле…
Подождать, а? Родители Юли рекомендовали подождать. Пока, значит «само всё образуется». Но сколько это ждать! Юле двадцать. Когда эта жирная тварь сдохнет, будет, может, все двадцать три. Или двадцать четыре! А жить когда?!
И вот на семейном совете стали решать вопрос о размене. И тут злобная натура Ксении дала о себе знать на все сто процентов.
Юля, честно, не ожидала такого подлого невнимания к потребностям молодой, начинающей жизнь семьи.
Варианты размена
— Вы в курсе, что разменять трёхкомнатную на три однокомнатные не получится? – холодно спросила Ксения. – Даже на две хорошие однокомнатные невозможно, я уже изучала рынок недвижимости и цены на ней. Тем более что комнатки у нас в квартире крохотные: две комнатушки по девять метров плюс гостиная в пятнадцать. Наша «трёшка» — это однокомнатная и гостинка, или однокомнатная и комната в коммуналке. Не вижу возможности нам разъехаться.
Тут Юля и выложила свой козырь. Доплату! Родители же дали денег.
— Этого хватит на хороший размен, на две однокомнатные, — сказала Юля. – В одной будем жить мы вдвоем, в другой – вы вдвоем с мамой.
Это было очень щедро, считала Юля. Ведь если считать по честному – то доплату были должны вносить они поровну: с одной стороны, Юля с Витей, с другой – Ксения со свекровью. «Нас двое, и тех двое, — думала Юля. – Каждому по половине после раздела. Жаль, что доплачивать придётся только нам, так не очень справедливо, но Ксюха ж ни за что не согласится платить».
Улыбнувшись как можно мягче, она стала ждать ответа.
— Ты, девочка, головой повредилась? – спросила Ксения. – Я знала, что ты троечница, но не думала, что настолько.
— А что такого? – растерялась Юля.
— Ты мозги включи, а? – эта Ксения была ужасной грубиянкой. – Сейчас я живу в своей комнате, мама живёт в своей, то есть в гостиной. С какого перепугу мы должны будем жить в однокомнатной? Ты дура или как?
— Но ведь у Вити доля… — залепетала Юля. – Нас двое, и вас двое. Квартира пополам…
— Ты не троечница, ты двоечница, — заключила Ксения. – Ты не только тупо пробакланила все лекции своего платного юрфака, но и арифметику в школе плохо учила. Не «нас двое, вас двое», идиотка, а нас – трое. Без тебя. Ты тут права собственности не имеешь. У Виктора – треть. Отсюда и пляши.
Так сорвалась первая попытка договориться.
Многодетные семьи: бывают ли счастливые?
Многодетные семьи – это сейчас немодно. Считается, что это удел исключительно нищих, опустившихся маргиналов. Даже если ты имеешь средства, и вдруг обмолвишься о мечте, скажем, иметь четырёх малышей – на тебя посмотрят, как на животное: «Ну мы же разумные современные люди, чтобы так плодиться…».
Впрочем, среди состоятельных людей такая позиция встречается намного реже, чем среди «простых людей» (того наиболее распространённого отечественного слоя, что живёт небогато, но всё-таки не асоциально) и так называемого «среднего класса». Богатые люди обычно не стесняются иметь трёх-четырёх, а то и пятерых детей. По крайней мере, из тех, кого я знаю.
А что тут, собственно, стесняться? Иметь четырёх дорогих собак или конюшню жеребцов – значит, не стыдно. А четверых детей – стыдно? Отчего?
Я не говорю о тех людях, кто просто не желает иметь много детей. Не хочешь – и не надо! Таких сейчас большинство, но ведь, как говорится – живи сам и не мешай жить другим. Ты не хочешь иметь много детей, посвящать им время, силы, тебе это кажется тяжелым – ну так не все же альпинизмом занимаются. Но альпинизма почему-то не стыдятся, альпинизм не осуждают. А многодетность…
Мне хотелось бы поговорить о тех, кто хотел бы иметь большую семью, звенящую детскими голосами, но стыдится. Потому что распространено у нас мнение: многодетный – значит бедный и глупый (предохраняться не умеет, бюджет не рассчитывает). Вот и заводит представитель «среднего класса» третью собаку – дорогую и прожорливую. А третьего ребёнка – стыдно. Не потому, что обеспечить не сможет – а «что люди скажут?».
Свои же родители осудят! «Ну зачем вам третий?».
В моём детстве, в моей школе слово «многодетные» было клеймом… Их не было, как правило, среди тех, кто хорошо учился. А вот среди отстающих – достаточно. Помню, мне самой, уже работающей, удивительно было наблюдать богатые семьи с тремя-четырьмя детьми. А то и с пятью. Необычно… Разрыв шаблона.
Мне кажется, что стыдиться многодетности начали в среде тех горожан, что начали жить «прилично», но при этом не видели возможности достойно воспитать более одного-двух потомков, а опускаться до соседей-асоциалов с «выводком» не желали (что и понятно). И, конечно, и сейчас, имея среднестатистическую зарплату и одно- или двухкомнатную квартиру, сложно мечтать о достойной жизни с кучей малышей. Одного бы поднять… А новообразовавшийся средний класс, во-первых, ещё не привык к нормальному, обеспеченному существованию, и потому боится «недодать» единственному дитяти всех благ жизни. А во-вторых, помнит ещё прошлый круг общения, когда многодетность в подавляющем большинстве случаев означала бедность.
К сожалению, большая часть многодетных семей в нашей стране – несчастные примеры если не совсем опустившихся, то очень бедных людей, которые то в соцпомощи что-то получают, то старые коляски в дар просят. Я не припомню в своём советском детстве ни одной многодетной семьи, про которую сказали бы – «с достатком». И потому рождение третьего, а потом четвёртого ребёнка в семье наших вполне обеспеченных знакомых все вокруг считали «блажью». Как-то установился штамп, что трое детей – это бедность, нищета, асоциальщина.
Пора бы уже изживать этот штамп? По крайней мере, тем, у кого есть и средства, и желание иметь детей.
Но на пути стоит целый ряд других штампов. Например – лучше по максимуму обеспечить одного ребёнка, чем нескольких. Мол, даже если у тебя миллион или миллиард «убитых енотов» — всё равно на один (ну, в крайнем случае, два) делить проще.
Но, господа, есть же некоторый предел, который должны ставить любящие родители в осыпании своего чада благами жизни. Избалованные наследники «золотых фамилий», как правило, ведут не самый достойный образ жизни. Сколько одному ребёнку нужно шмоток, машин, квартир? Неужели, если четверо детей получат от вас по машине – это будет хуже, чем один наследник с четырьмя кабриолетами?
Да и среднему классу… Стоит ли так бояться делить наследство между несколькими детьми? Вырастить, выучить смогли нескольких – ну и прекрасно. А дальше – в путь, птенчик. Заработай сам, вместо того, чтобы ждать, когда станешь полноправным и единоличным наследником того, что накопили родители…
Другой штамп – что нескольким детям придётся делить родительскую любовь. Мол, на всех не хватит, чем больше детей – тем меньше любви. Мне кажется, так говорить может только человек, который не представляет себе, что такое любовь.
Есть хорошее выражение: любовь не делится, любовь умножается. Мы любим родителей, дедушек-бабушек, братьев-сестёр, мужа или жену, детей… Неужели нельзя одновременно любить супруга и родителей? Или своих родителей и своих детей? Неужели, если вы останетесь один на один с кем-то из тех, кому дарите любовь – будет лучше? Ему, думаете, достанется вся любовь – и это будет хорошо? Но всем известно, к чему приводит концентрация на единственном объекте любви. Любовь становится навязчивой манией, и уже не «милосердствует», а преследует. Маменькины сынки, избалованные наследники большой семьи, где на кучу взрослых – один «прынцёнок»…
В хорошей семье, где лад, число любящих умножает любовь. Но тут у нас опять встаёт на пути стереотип, он же – «людское мнение»…
Мол, в большой семье братья-сёстры не могут искренне любить друг друга. Потому что приходится делить кусок хлеба и уступать другим, тогда как единственный ребёнок как в сыр в масле катается. Особенно, по «людскому мнению», не могут любить остальных «гешвистеров» старшие, на которых сваливается вся забота о мелюзге.
Опять, по-моему, негативный опыт отдельных семей переносится на всех. Несомненно, есть примеры, когда старший ребёнок, особенно если это – девочка, с детства нагружается домашними заботами и становится нянькой при малышах. Такие девочки, вырастая, часто стараются как можно раньше сбежать из дома и, порой, превращаются в ярых противников многодетности, а то и в закоренелых чайлдфри. Есть глубокий и тяжёлый рассказ Теодора Драйзера о мальчике, который с детства работал, работал, работал… потому что отца нет, а младших детей надо как-то кормить. А когда вырос – продолжил работать, потому что младшим «надо учиться». Вот такие вот жертвы… Да, это бывает. Но разве мы должны брать за правило такие образцы?
Кроме того, даже при отсутствии больших денег в семье и при необходимости чем-то уступить другим братьям-сёстрам, в семье вырастало крепкое и дружное поколение. В детстве делили одну шоколадку на троих, а то и на шестерых – зато потом получали друг от друга поддержку во взрослой жизни. Уверенность в плече брата, в помощи сестры…
Чем же эти счастливые многодетные семьи отличаются от несчастливых? Любовью? Пониманием? Особой атмосферой в семье, где материальное менее важно, чем духовное?
Очень часто в качестве негативного опыта многодетных семей приводятся примеры ненависти и ревности старших детей, у которых вдруг появился «конкурент» за родительское внимание. Но ведь такие проблемы бывают не только в многодетных семьях, но и в семьях с двумя детьми.
И вот я думаю: почему есть семьи, где старшие дети радуются появлению младших? А есть семьи – где, наоборот, ненавидят «младшеньких»?
Мне кажется, всё дело в родителях и семейной атмосфере. Если старшего ребёнка начали воспитывать как единственного «прынца», и вполне себе уже воспитался «единственный наследничек», эгоист и единоличник – то внезапное появление в семье младшего ребёнка будет воспринято им как угроза. Если ребёнок видит пример ненависти между родителями и их братьями-сёстрами – он неосознанно начнёт переносить эту модель поведения и на свой стиль общения с сиблингами.
И наоборот: если родители с детства продвигают идею о том, что иметь младшего братишку-сестрёнку – просто здорово, малыш сам будет мечтать о прибавлении в семействе. Разумеется, нужен родительский такт, равная любовь к обоим детям, психологическая работа…
Вот тут уже мы стакивается с банальным нежеланием многих родителей брать на себя такую обузу. В конце концов, ведь дети – это большая ответственность. Но я о тех, кто не хочет такой ответственности, такой обузы, и не говорю. Не хочешь иметь много детей, сложно тебе – ну и не надо. А если хочешь – не смотри на окружающих, на то, что «люди скажут», не верь басням, что все многодетные семьи несчастны…
Потому что счастье в семье зависит только от нас самих.
Три часа в электричке. Особенности национальной работы
Изменение расписания подмосковных электричек породило бурный общественный резонанс, как принято выражаться в канцеляриях. Некоторые общественные деятели вроде губернатора Громова рекомендуют пересесть на вертолёты (300 000 евро, конечно, есть у каждого владельца месячного проездного на электричку), некоторые особо смелые товарищи пытаются проехаться на крыше состава, игнорируя опасность токоприёмников. А кто-то, вздыхая, решает, наконец, что съёмное жильё будет выгодней переездов.
Это проблема не только Подмосковья. Практически в каждой области в облцентр съезжаются в поисках заработков люди с районных городков и сел. Был и у меня опыт съёмных квартир и поездок в облцентр из «дребеней». И главный вопрос у человека, попавшего в подобные обстоятельства, выглядит так: ездить или снимать?
Непраздный вопрос, который приходится решать каждому «выездному работнику». Если речь идёт о городах и посёлках в радиусе 20 – 30 километров от облцентра, да с нормальным транспортным сообщением – ездить, конечно, выгоднее, хотя удобством такая жизнь не отличается. Тем не менее, масса моих бывших коллег совершала и совершает такие ежедневные путешествия на электричках, рейсовых автобусах и пригородных маршрутках. (Кстати, студентам из таких городков и общаги-то не выдают – мол, близко, поездите, не сломаетесь).
Для некоторых городков, где маршрутки в облцентр ходят каждые полчаса, разница с поездками жителей окраин облцентра или посёлков, связанных городскими автобусами и троллейбусами, несущественна. Ну, полчаса в пути. Разница, пожалуй, только в возможности взять такси, если опаздываешь. Или если застрял в облцентре после десяти вечера.
Жители мест, отдалённых от облцентра километров в 50 – 70, уже испытывают существенные трудности в достижении любимой работы и возвращении в родной дом. Во-первых, приходится чётко ориентироваться на расписание автобусов и электричек. Опоздал, голуба – твои проблемы. Приходится иной раз из-за недостатка рейсовых маршрутов приезжать на работу раньше, чем надо. Например, от остановки, обслуживающей три посёлка и погранзаставу, где я жила, до облцентра был час с небольшим в пути, а офис находился в пяти минутах ходьбы от автовокзала… Лепота? Фиг там. Если бы автобус отправлялся от остановки в 7.50… я бы как раз приходила в офис ровно в девять! мечты, мечты… Он отправлялся около семи, приходил в 8.05, 8.10. Ладно, при профессии журналиста и всяких подработках я находила чем заняться спозаранку в офисе за компьютером. Но лишний часок поспать я бы не отказалась…
И назад: не успел к 17.15 – жди 20.00. Отличный выбор… Хотя, кажется, был ещё вариант в маленьком неудобном автобусе на 18.15… Закончил работу днём? Молодец, гуляй! С 11.20 до 17.15 автобусов нет!
Получалось, что иногда даже удобней было ездить в другой город, к бабушке: два с половиной часа в пути, зато рейсы каждые полчаса.
Иногда я так и ездила, особенно если задерживалась после восьми вечера. В родную деревню уже не уедешь – в 20.00 автобус ту-ту. В бабушкин Черняховск, второй по размерам в области, автобусы и маршрутки ходили до одиннадцати… Приедешь так вечерком, а утром в пять – шесть на остановку. И хорошо, если займёшь место! Ведь едва ли не половина города так ездила каждый день… Утром, в пять – шесть, на автобус, вечером – пару с половиной часов пилишь назад. Помылся, поел – уснул… Какой телевизор, какие развлечения?!. И так каждый день.
Я так и не выяснила, как мне ездить было удобней (или менее удобно?): час с четвертью до «деревни», но с жёстким расписанием и пятью километрами до дома (довозил отец на машине, выезжали заранее, чтобы не пропустить автобус… в общем, в полшестого подъём), или два с половиной часа до Черняховска, но с тем же ранним подъёмом, так как ехать дольше… И там ад, и здесь пекло.
Но мне ещё жилось хорошо – из дальних городов области в облцентр ездили по три часа туда, три обратно. Кто на своих машинах, кто на электричке, кто на автобусе. Шесть часов в день – на дорогу.
Вот и возникает однажды резонный вопрос – может, снимать комнату/квартиру выйдет дешевле? Билеты тоже стоят денег (тысяч пять на 25 дней в неделю до Черняховска, а в дальние города и того больше). Да и сколько времени тратится в дороге… Можно, конечно, книжку читать, музыку слушать, английский учить (хотя больше всего хочется СПАТЬ). А сколько нервов тратится, а сил?
А если эти километры от остановки до поселка и обратно пилить не на машине, а ногами? (многие посельчане пилили – подбирали, кого могли, но всех взять не получалось).
Однако при стоимости жилья в облцентре дилемма непростая. Тем более что если ты не одинок, есть семья, которая живёт в городке или посёлке, свой дом…
В каких случаях стоит снимать квартиру?
Итак, всё взвесив, сопоставив цены и затрачиваемые усилия, вы приходите к тому или иному выводу. Когда же снимать квартиру/комнату целесообразней, чем кататься туда-сюда?
Например, если вы – молодой волк-одиночка, который не собирается возвращаться в родные дребеня и намертво решил уцепиться за большой город. Силы и время, которые расходуются на поездки домой, вы всегда найдёте, как применить в городе. Найти подработку, например. Или просто погулять. Отдых – большая вещь, напрямую влияющая на трудоспособность.
Или, скажем, у вас очень долгий и физически тяжёлый рабочий день. Например, на стройке. Поездка домой отнимает у вас остаток сил. А что дома? Дети уже спят, ужин-помывка-сон-подъём. Лучше, может, приезжать домой на выходные?
Явно следует озаботиться съёмом квартиры/комнаты, если дорога занимает более трёх-четырёх часов. Есть люди, которые, представьте себе, садятся в электричку Москва – Петушки только поспать… к двум ночи они приезжают домой, в три – выезжают в Москву. Смысл в таком катании? Только если уж совсем денег нет на какой-никакой угол… Да, бывает и такое…
Если работает «на выезде» один член семьи – решить вопрос о съеме, наверное, сложнее. Съём обычно всё-таки дороже поездок (хотя мужчины часто снимают жильё с минимум удобств: койку, угол, балкон, бытовку…). А если один из супругов работает в своем городке или поселке. Дом хороший – любимое гнездо… Особенно это касается приятных подмосковных городков.
В обсуждениях этой проблемы всегда найдутся мини-громовы, которые лучше других знают, как решать сложные проблемы – естественно, пересадкой на вертолёты. Мол, если захотеть – все проблемы решатся! Снял квартиру – и не езди. Чего на расписание электричек ругаться? Эх, если бы оно всё было так просто…
Хорошо, когда оба супруга ездят работать в облцентр. Тогда всё-таки съем в большинстве случаев – целесообразней. Что касается квартиры или дома в родном городке – можно сдать (увы, за копейки) или попросить кого-то присматривать за ним. И возвращаться, быть может, на выходные – это в том случае, если семья намерена продолжать жить в этом городе и доме: накопить денег, обустроиться, ездить на работу на хорошем авто… В конце концов, во многих странах «миддл класс» живёт в пригородах, а ездит на работу в большой город. Правда, не с такими проблемами, как у нас…
А многие молодые семьи чётко нацелены на жизнь в большом городе – им, наверное, проще. Не тянут родные берега. Мосты сожжены…
У каждой семьи – свой случай. Ещё Лев Толстой заметил, что каждая несчастная семья несчастна по-своему. То же самое можно отнести и к любым бытовым проблемам. Не так-то просто, имея, скажем, доставшийся по наследству хороший двухэтажный дом, детей, привыкших к школе (да и попробуй ещё оформить прописку в облцентре, чтобы устроить в новую школу или детсад!), или престарелых родителей, нуждающихся в уходе, бросить всё и переселиться на «съёмную хату». Многие потому и ездят, и ездят, что есть свои заморочки. Не все же «одинокие молодые волки»…
Ездить или снимать – непростая финансовая и бытовая дилемма. Три часа в элетричке – это кошмар. Но и съём комнаты или квартиры, хотя иногда кажется более простым и удобным выходом, тоже сулит немало проблем. Но об этом давайте поговорим в следующей статье.