13.06.2011

Тюремный быт

тюремный бытТюремный быт — это предмет отдельного разговора. В разных тюрьмах разные порядки и разная степень свободы, хотя есть и много общего. Я расскажу о собственном опыте.



style="margin:1em auto;;display:block"
data-ad-client="ca-pub-4606205082910035"
data-ad-slot="9720038702"
data-ad-format="horizontal">

Камеры внутри напоминают китайские общежития (видел я когда-то, еще по свободе, такие фото в инете). Многоярусные нары, везде по стенам, по шконкам чего-то навешано: вещи, пакеты, полотенца, провода, веревочки для сушки и коробочки для разной мелочи, фото родных, телевизоры, иконы...

Подвешено все, потому, что катастрофически не хватает пространства. Под нарами тоже все забито сумками.

Узкие, иногда до невозможности, проходы. Где-то в уголке, на аккуратно разложенной спирали, готовится еда, кто-то спит, кто-то испражняется, кто-то играет в нарды, кто-то просто лежит. Муравейник, короче, и чем больше хата, тем больше муравейник.

Основной круг бытовых вопросов, которые волнуют зеков: сделать нормальную шконку (шторочки, пара-тройка матрасов, пара подушек, полочка), наладить нормальное питание (регулярные и хорошие дачки, покупка продуктов у кухонных козлов, электроспираль, кастрюля, сковородка), загнать в хату развлечения (телевизор, радио, DVD, игровые приставки, мобильный интернет, нарды, карты, домино, шахматы), обустроить камеру (ремонт, душ, вентиляторы-кондиционеры, холодильник), организовать мобильную связь и общение с волей.

Естественно, возможности у всех разные, и если большинство зеков будет радо уже тому, что им дадут поспать восемь часов и поесть что-нибудь «не с продола», то некоьную связь и общение с волей.

Естественно, возможности у всех разные, и если большинство зеков будет радо уже тому, что им дадут поспать восемь часов и поесть что-нибудь «не с продола», то некоторые обустраивают хату почти на уровне номера люкс. Но это и на свободе так, а особенность тюрьмы в том, что любая деятельность в ней осложнена всевозможными запретами. По-сути, администрация учреждения на уровне инстинктов стремится свести любую активность заключенных к минимуму.

Поэтому всякая инициатива со стороны зеков воспринимается как лишний напряг, за который, естественно, требуется им (администрации учреждения) материальная компенсация. Нет, официально это, конечно, не декларируется, но по факту все обстоит именно так. Для них, идеальный зек — это зек, доставляющий как можно меньше проблем. Ничего не требующий, терпеливый до бесконечности, покорно жрущий, что дают и помалкивающий в тряпочку.

Взрослых людей пытаются поставить в положение детей. Ведь запрещено в тюрьме практически все. Проще сказать, что разрешено, чем рассказывать, что запрещено. Запрещены ножи любого вида (это естественно), стеклянная посуда, консервы в металлических банках, скоропортящиеся продукты, спиртосодержащие лекарства, уксус, йод, дрожжи, крупы, мука и вообще любые продукты, требующие длительной термообработки, а, соответственно, и кастрюли, сковородки, нагревательные приборы в любом виде (кроме кипятильников), а также гантели (даже самодельные из пластиковых бутылок и песка), боксерские лапы, любые палки, скакалки, свежая пресса и даже часы... Причем официального и общедоступного перечня запретов нет, что, естественно оставляет огромное поле для произвола и самоуправства.


style="margin:1em auto;;display:block"
data-ad-client="ca-pub-4606205082910035"
data-ad-slot="9720038702"
data-ad-format="auto">

Перечня разрешенных предметов и продуктов тоже нет, но точно разрешены телевизоры, книги, продукты длительного хранения и быстрого приготовления, чай, кофе, сахар, одежда и обувь (в тюрьме практически любая, на зоне обычно только черного или темного цвета), постельные принадлежности, одноразовые бритвы...

Условно, все запреты можно разделить на две основные группы. Первая — направленные на безопасность тюремного персонала и самих зеков. Т.е. запрещено все, что можно использовать как оружие или то, из чего зеки когда-либо делали оружие. Вторая — это различные вещи или продукты, создающие потенциальные или реальные проблемы администрации.

Нагреватели — потому, что повышают расход электричества и создают пожароопасную обстановку в переполненных хатах. Продукты, требующие приготовления, — потому, что для их приготовления нужны эти самые электронагревательные приборы. Алкоголь, потому, что пьяные зеки — это агрессивные зеки и т.д. и т.п.

Но проблема в том, что человеческая фантазия безгранична и для того, чтоб добиться полной безопасности и покоя тюремного персонала, надо посадить голого зека в голую бетонную камеру. Что, естественно, невозможно. Во всяком случае, в массовом порядке и надолго. Поэтому жизнь в тюрьме — это компромисс между реальной обязанностью администрации обеспечить зекам нормальные бытовые условия, тайным ее желанием ни хрена не делать в этом направлении и броуновским движением зековской активности.

Впрочем, искать какую либо официальную логику в тюремных запретах бесполезно. Какая логика, например, в запрете на газеты и часы? Все строится не на логике, а на вполне понятном русскому человеку принципе: «Мы вам можем запретить все, что захотим, но мы ж не звери, и за небольшую (все равно у вас больше нет) благодарность можем кое-что разрешить».

Этим же принципом определяются возникающие проблемы и способы их решения. В тюрьме нельзя, как на свободе, выйти в магазин и купить необходимую вещь или продукты, невозможно заработать деньги, чтоб удовлетворить возникшие потребности. Поэтому приходится либо ограничивать себя, либо жить за счет других (если умеешь), либо сидеть на шее у родных, а значит звонить (а мобилки ведь тоже запрещены), договариваться о передачках, потом договариваться с персоналом тюрьмы или объяснять родным, как и с кем порешать, чтоб зашли такие полузапреты как, например, майонез, сырое мясо, рыба и т.п.
Платить, чтоб разрешили занести элементарно необходимые и привычные вещи. Потом платить, чтоб не отшмонали эти же вещи. Причем платить деньгами, которые тоже являются запретом.

Проблем и коррупции было бы гораздо меньше, если бы нормально удовлетворялся хоть минимальный уровень человеческих потребностей. А то ведь, нет. Еда такая, что современному человеку жрать можно только с большой голодухи. Зимой в хатах холодно, влажно и не хватает свежего воздуха. С баней могут быть перебои, а летом одной помывки в неделю вообще недостаточно (особенно если занимаешься спортом), прачка только за деньги, короче, все плохо, но можно сделать и все хорошо. За  сравнительно небольшую плату. И всем действительно хорошо. Реально всех это устраивает. Ведь если б все было по-закону, то уууу... хоть волком вой. Пропало бы много хорошего. Например, мобильная связь. А это — жизнь.


style="margin:1em auto;;display:block"
data-ad-client="ca-pub-4606205082910035"
data-ad-slot="9720038702"
data-ad-format="auto">

Запрет мобильной связи в тюрьме, под тем предлогом, что зеки, мол, могут с ее помощью готовить новые преступления или побег — полный маразм. В реальности этот запрет приводит лишь к дополнительным поборам. При нашей системе (да и не только при нашей) те, кому действительно понадобиться мобильная связь для преступления, найдут ее без проблем, а на практике, для большинства зеков это лишь способ не потерять эмоциональную связь с родными и близкими. Это возможность почувствовать ритм свободной жизни и не забывать, что ты тоже рано или поздно окажешься на свободе. Вообщем, мобила — это все. Лучше поголодать, чем остаться без связи.

Поэтому мобилки — это особая и важная забота. Как занести, как и когда использовать, где спрятать.

Спрятать... Ооо! Это супертема. Когда я выйду на свободу, я смогу спрятать все, что угодно и где угодно. Вы даже не представляете, сколько возможностей скрывается в окружающих предметах!
Но, это так, лирическое отступление.

Так вот, все тюремные бытовые проблемы решаются в свойственной нашему менталитету манере. Если нельзя, но очень хочется, то можно. За небольшие, кстати, по вольным меркам деньги. Например, за двадцать гривен (это примерно 2,5 $) закроют глаза и на электроспираль и на кастрюли-сковородки в хате. Нет денег — можно расчитаться сигаретами, нет сигарет — заберут все вышеназванное «на голубом глазу», с улыбкой на устах и пламенным девизом: «У нас коррупции нет».

Коррупция в тюрьме — это тема отдельного разговора. Ведь нет ничего проще и безопасней, чем брать деньги с зеков. Тут менты с видеокамерой из засады не выскочат, жаловаться никто никуда не побежит и права качать не будет (потому, что их нет), а еще и обрадуется, что легко отделался.

А раз так, решается все. Подтянуть каптера и за 10-15 грн (~1,5-2 $) порешать нулевый матрас с подушкой, за разовую или ежемесячную плату договориться с режимником или опером о полулегальном DVD, заплатить, чтоб зашли полулегальные продукты, получить разрешение на холодильник в камере, занести за пару сотен гривен мобильный телефон, все это можно, но надо суетиться и платить, платить, платить.

Опять же, решается все через кормушку, то есть никто тебя никуда не выведет за тем же матрасом. Надо сначала подозвать к кормушке попкаря, дежурящего на продоле, мотивировать его чтоб он выловил каптера и подозвал его к твоей хате, договориться с каптером и только после этого есть шанс получить необходимое.

Справедливости ради, надо сказать, что борьба с коррупцией ведется, но как-то не по-настоящему и наскоками. И приводит на практике лишь к тому, что зашуганные прапорщики-сержантики шепчут: «Сегодня не могу, понты приехали. Уедут, сделаю».
Оно ведь никому не надо. Ни зекам, ни администрации, ни тому высокому начальству. Оно ж борется с коррупцией, а не добивается, чтоб питание зека соответствовало нормам закона, оно ж повышает показатели, а не зарплату персоналу. Да и привыкли все уже. У нас ведь коррупция в крови. А от нововведений никто ничего хорошего, как всегда, не ждет.
Ну, а так жить можно. Человек — не свинья, ко всему привыкает.


style="margin:1em auto;;display:block"
data-ad-client="ca-pub-4606205082910035"
data-ad-slot="9720038702"
data-ad-format="rectangle">

11 комментариев к  „Тюремный быт“

  1. Виталий 13.06.2011 10:40

    Познавательно 🙂

    Роман Степанович, а фото к посту из Вашего архива? Если нет, то насколько оно соответствует реалиям «ваших хат»?

  2. Евгения Табурянская 13.06.2011 11:39

    да уж (( неприглядная жизнь, совсем не как в телевизоре рассказывают...

  3. Степан 13.06.2011 17:30

    Степаныч, а где ж вы там умудряетесь спортом заниматься, если народ в хате спит и то по очереди?

  4. Gertc 13.06.2011 17:41

    Тоже вопрос, на мобиле или на ноуте статьи пишешь и в сеть отправляешь?

  5. Hel 13.06.2011 18:31

    Да, в кино, особенно старинном самым страшным казалось одиночное заключение. А я бы, наверное, все-таки больше страдала от скученности. Тоже, своеобразная пытка.

    Это и есть лишение свободы — свободы выбора с кем жить, с кем общаться, с кем есть.

  6. Федоров Роман Степанович 14.06.2011 02:10

    Виталий,фото не мое. Хата на нем изображена,по всей видимости,образцово-показательная. Обжитая хата выглядит иначе. Если заселить в нее раза в полтора больше зеков,чем нар,понавесить шторочек всяких,представление можно сложить.

  7. Федоров Роман Степанович 14.06.2011 02:13

    Степан,спортом на прогулке (на гулке) занимаемся. Час интенсивного спорта,вернулся в хату,помылся и опять в горизонтальное положение.))

  8. Федоров Роман Степанович 14.06.2011 02:19

    Gertc, ну,что ты,какой там ноут? Ноут это слишком круто для меня. Дай Бог,что с телефона получается писать.

  9. Федоров Роман Степанович 14.06.2011 02:22

    Hel,да,это одна из самых больших психологических проблем в тюрьме (именно в тюрьме,не на зоне),помимо замкнутого пространства. Одни и те же рожи каждый день (как здесь говорят ,,на манеже одни и те же,,) и ,мало того, чаще всего люди, с которыми ты по свободе ,не стал бы даже общаться,отсутствие личного пространства и ,хотя бы временного,одиночества, иной раз, напрягает. Иной раз думаю,отмочить че нибудь,да в карцер сесть на недельку. 🙂 Шучу.

  10. Gertc 14.06.2011 07:22

    Ага, тоже на работе пишу на мобиле, но когда нужно в блог статью поставить всё равно приходится комп использовать, памяти на мобиле мало. Спс за ответ Степаныч. Удачи

  11. гайкин виктор 20.09.2015 15:35

    Россия & Солярис

    (власть люмпена)

    История человечества – это закономерная смена социально-экономических формаций, каждая из которых формировала функционально необходимую властную страту (правящий класс). Россия всегда идёт своим путём. В эпоху, постсоциализма и недокапитализма власть в России «всерьёз и надолго» взяли в свои руки силовые структуры, опирающиеся на часть охлоса (такая система управления обществом называется охлократия). Классическая охлократия недолговечна и является переходным периодом к «нормальной» модели управления. В России симбиоз силовиков и охлократии стал самостоятельной перманентной формой правления полицай-чекистского правящего класса, (теневой) реальной власти «человека с ружьём».

    Группы охлоса-люмпенов-нелюдей, контролируемых силовиками полностью или частично и служащих опорой паразитической полицейской власти — это наркоманы, южные торговцы, проститутки, гомосексуалисты, некоторые нацменьшинства, часть людей, прошедших места заключения, отдельные профессиональные группы, люди с некоторыми заболеваниями (дегенераты). По нашим подсчетам силовики, члены их семей, связанные и подконтрольные им сообщества составляют около 40% населения страны. Это класс, аналога которому не было в истории человечества и который соединяет в одном бокале паразитизм рантье с отмороженностью карателей.

    Талантливые писатели порой описывают в своих произведениях окружающий мир в аллегорическом смысле. В начале 60-х гг. в Польше вышел роман известного фантаста Станислава Лема «Солярис». Литературоведы до сих пор спорят о том, что хотел сказать автор этим произведением? Когда такой вопрос был задан журналистом самому Лему, он ответил: «Я сам не знаю». Возможно, выдающийся фантаст лукавил, возможно, сказал правду. Творчество процесс непростой. Что стало импульсом к созданию того или иного образа, чем навеяна данная фантасмагория – не понимает порой сам автор.

    Тем не менее «расшифровать» сложный фантастический сюжет о странной планете (Солярис), которую обволакивала разумная протоплазма, убивающая или доводящая до самоубийства людей, знающая всё о каждом человеке, контролирующая его поступки, «вытягивающая» из тёмного человеческого подсознания спрятанные в его тайниках аномальные животные влечения и материализующие их – можно, если вспомнить в какое время жил Станислав Лем. В недавнем прошлом участник антифашистского подполья, борец за освобождение Польши от немецких оккупантов обнаруживает пришествие новой тоталитарной власти, устанавливающей всеобъемлющий контроль над гражданами в недавнем прошлом демократической республики, поощряющей всё аномальное, извращённое. В результате было создано одно из самых «загадочных» литературных произведений, в метафорической форме описывающее тоталитарно-полицейское государство

    По мнению одного из комментаторов: «Судя по реакции Лема на замысел Тарковского, он и сам не заметил, что описал в планете Солярис все наиболее существенные признаки русской цивилизации» (Романов Роман Романович. Обратная сторона Соляриса).

    ‎Мы считаем, что всё с точностью до наоборот: 1. Если в названии Лемовской планеты Solaris переставить буквы получится слово L’Rossia. 2. В этом контексте легко «расщёлкивается» загадка, над которой полвека «бьются» Лемоведы: Почему в повести Станислава Лема (мёртвая) планета Солярис, вопреки законам грамматики польского языка, женского рода? Ответ: Потому что Россия – женского рода. Еврейский юноша из варшавского подполья до конца жизни остался конспиратором, «шифрующим» опасные мысли.

    Теневая власть полиции, чекистов, особистов в России за последние десятилетия окрепла и развратилась (в прямом и переносном смыслах) — Каждый день десятки странных полицейских патрулей выходят из ворот отдельного батальона патрульно-постовой службы Владивостокского УМВД. Это полицейское подразделение является центром гомосексуального сообщества владивостокских правоохранителей. Вопреки закону, (точнее наплевав на него) квазисупружеские гомосексуальные пары, заботливо сформированные командиром батальона Анисимовым С.Ю. , с утра до вечера занимаются пропагандой нетрадиционных гомосексуальных отношений среди несовершеннолетних г. Владивостока. Как поётся в известной песне про детство: «пропадали пропадом мы во дворах». Дворы, улицы, площади – вотчина детей, где они традиционно проводят свободное время. Педерасты отдельного батальона ППС совершенно официально (патрулирование) облюбовали эти городские пространства для демонстрации любовных отношений между дядями Стёпами.

    Попытка остановить «победное шествие вооружённых аномалов» может закончиться плохо. Согласно закону, демонстрация нетрадиционных отношений несовершеннолетним должна наказываться штрафом как для физических лиц, так и (многократно больше) для организаций. На практике моя попытка помешать двум выродкам в полицейской форме заниматься любовью на детской площадке закончилась плачевно для меня. Оказалось, что я, встав на защиту закона, сам нарушил закон «матерно ругаясь», о чём был составлен протокол, на основании которого меня оштрафовали на 500 рублей. Проводить медико-психиатрическую экспертизу на предмет выяснения гей-интимных отношений Седых А.С. и Мазурова А.С. «компетентные органы» наотрез отказались. Действительно, кто же согласится признать, что целое полицейское подразделение (батальон ППС) – рассадник вредной гомосексуальной инфекции.

    В случае с педерастией выражение «дурной пример заразителен» — отнюдь не «фигура речи». Педерастия распространяется «индуктивно». (По мнению психологов: «Индукции идей способствует ситуация … закрытого тоталитарного общества, … Легче индуцируются дети и подростки, лица с низким интеллектом. В основе биологии индуцирования лежит эффект …толпы, при котором конкретное поведение осуществляется быстрее, если оно наблюдается у других» — Психиатрия. Учебное пособие для студентов медицинских вузов. Ростов н/Д. 2002. С. 13.)

    Два аномала – Седых А.С. и Мазуров А.С. получили «индульгенцию» за прошлые «педеральные» грехи и разрешение развращать детей Владивостока в будущем. Чем опасно поощрение именно этой «сладкой парочки»? Седых А.С. — активный педераст в этом гей-тандеме, ещё и дегенерат. Это не оскорбление, а медицинская констатация генетического заболевания. (60% педерастов имеют сопутствующие психиатрические аномалии). У дегенератов нет моральных императивов. Их поведение определяется текущим опытом. Проще говоря, оставленные без наказания гей-игры полицая Седых А.С. на детской площадке, позволят ему перейти к более тяжким преступлениям -изнасилованию ребёнка. (При доле в населении 2-4%, гомосексуалисты совершают 36% актов педофилии. — K. Freund «Pedophilia and Heterosexuality vs. Homosexuality» «Journal of Sex & Marital Therapy», №10, 1984; P.193-200).

    Североамериканские индейцы (до прихода европейцев) жили на одном месте по нескольку лет. После того как они загаживали прилегающую территорию, делая ее непригодной для проживания, племя снималось с места и переселялось в другой район. Жить сегодняшним днем – закон примитивных сообществ (племя, стая). Силовики, как разновидность примитивных сообществ, будут вести себя так же, «загаживая» свою «среду обитания», коей для них является население России. В результате, на территорию с немногочисленным населением, у которого ослабленный иммунитет и растущий процент гомосексуалистов, придут более развитые, окружающие Россию народы (европейцы, турки, монголы, китайцы и др.), которые и с племенем правоохранителей, а заодно и со всем аборигенным населением (россияне) поступят так же как европейцы поступили с североамериканскими индейцами – загонят в резервации. Таким будет закономерный финал грядущего правления в России полицай-чекистов.

    Гайкин В.А. кандидат истор. наук.

Оставить комментарий или два